• Поэзия • Проза • Критика • Конкурсы • Игры • Общение Добавить в избранное 03:20
   Вход
Главное меню
Статистика
Онлайн всего: 7
Гостей: 5
Пользователей: 2

Пользователи онлайн
Кто сегодня заходил

Поиск
Слово, фразу на сайте
Никнейм (первые буквы)

Вход
Никнейм:
Пароль:
Главная » Произведения » Проза » Фантастика

Агенты " Яломиште" (Часть 5)
Фантастика

Автор: Leno4ka


Отдых» на Крымских берегах.
Как и предполагала девушка, проблемы не заставили себя долго ждать. Не успела Натка оформить полагающиеся документы и поставить новых подопечных на довольствие, как за ней уже прибежали взволнованные дежурные. Владик Дашевский устроил драку в столовой. Мальчишки из первого отряда в очередной раз потешались над безобидным Толиком. Натка до сих пор не могла понять, чем этих почти взрослых парней (многим из них уже скоро четырнадцать – им уже пора интересоваться девочками, а не доведением очкариков до слез) так раздражает, добродушный интеллигентный мальчик. Но они почти всегда избирали именно его объектом своих гнусных шуток.
Оказалось, что Владик, обедавший с братьями за соседним столом, очередную шутку «Сеньки Сиплого» не оценил. И категорично потребовал, чтобы заводила компании извинился перед Толиком.
- А если не извинюсь? – гнусаво проблеял парень, не ожидая от тощего новичка (тем более, ниже его на пол головы, да еще и из санаторников) опасности.
- Тогда получишь в табло…
- Да я тебя, защитник очкариков, самого по стенке размажу – возмущенно вскрикнул хулиган.
- Попробуй, рискни здоровьицем невеликим, – насмешливо сказал ему Владик. – Головку только береги – она у тебя и без того слабенькая.
Злой мальчишка этого уже не смог стерпеть. И кинулся на насмешника с ревом. Но это странное создание увернулось от увесистого кулака, мало того легонько провел противника, который со всей дури рухнул на пол.
- Ну, погоди, щенок. Сейчас ты кровью умоешься, гаденыш!
Вторая попытка оказалась еще смешнее первой. Никто ничего не успел заметить. Когда прибежала дежурная по столовой, заводила хулиганской компании, с изрядно помятой физиономией, зажатый в неудобной позе хрипел извинения. Посчитав инцидент исчерпанным, Владик взял оппонента за шиворот, выволок на выход и небольшим пинком придал ему желаемое направление передвижения: «Вспомнишь, как вести себя за столом, пообедаешь, если будет чем!» Девочки из второго отряда смотрели на него с восхищением. Потом повернулся к компании побитого и спросил:
- Кто еще желает рискнуть здоровьем?
Желающих не нашлось. Потом Владик выбросил испорченный обед Толика в помои. И отдал ему свой « Ешь, я не голоден». Ярик, Ромка и Алька уже прятали хлеб, булочку и яблоко для брата. Они знали, что Влад не ел с утра. Ромка и Алька в машине запищали, что не наелись. И Владик, как старший, тайком от Сергея, скормил хнычущим братьям свою порцию. И вот опять голодный. А ночью опять живот будет болеть.
Натка не знала, что делать. К одной стороны мальчик заступился за слабого. Но с другой стороны – избил товарища по лагерю. Она пыталась поговорить с серьезным не по возрасту мальчишкой. Но разговора не получилось. На все ее увещевания эльф-подросток никак не реагировал. И только когда фонтан воспитательного красноречья иссяк (минут через сорок), он сказал:
- Что же мне. Наталочка, было делать? Подойти к ним, погрозить пальчиком и сказать: «Ребята! Вы поступаете нехорошо! Так вести себя нельзя!». И они тут же расплакались бы от стыда и раскаяния! Понимаешь, Наталочка, есть существа, которые понимают и признают только силу. И говорить с ними бесполезно. Как без толку слезно умолять вора «не укради», а убийцу «не убий».
Девушке пришлось признать, что мальчик прав. Только вот как это объяснить директору лагеря. И вожатый первого отряда пришел выяснять обстоятельства. Хорошо, что директор все поняла правильно. Да и вожатого Андрея интересовало больше то, как мальчишка из санаторного отряда сумел проучить балбеса Сеньку и его компанию. Что вожатый только не пробовал, но все без толку – не понимает вроде бы взрослый парень элементарных вещей. А рукоприкладство применять ( а то парень быстро бы объяснил «дитяте» что к чему) вожатым вроде как не положено. Так что на этот раз вроде все обошлось. И даже ужин прошел без эксцессов. Только побитый парень поворачивался к девочкам пострадавшим боком, ища у них сочувствия. Но те только презрительно фыркали. Новичков он, конечно, невзлюбил, но признавал за странным мальчиком право сильного. Драка была честная и по понятиям ему предъявить нечего.
Попытка отыграться на рыжих оторвах – Ярике и Ромке также привели к печальным результатам. Мало того, что всей компании пришлось носиться за ними по колючим кустам и крапиве. Так это зрелище попалось на глаза не только их старшему брату Владику (за что от него же опять получили на орехи, да еще в присутствии девочек). Эти действия хулиганов стали достоянием не только вожатого Андрея, который закрепил урок, крепкими затрещинами. Но им повезло попасться на глаза директору лагеря Антонине Марковне. Причем всем участникам. Тут же опытный педагог устроила разбор полетов. В результате чего компания хулиганов была отправлена домой. Вожатый Андрей и Владик Дащевский получили по выговору. Вожатой Наталье было поставлено на вид.
На Альку особо никто и не покушался. На фоне своих братьев он даже Наталье казался самым безобидным. Нахрапистое приставание мальчишек младшего отряда успешно отбивалось братцами Яриком и Ромкой. Как оказалось, Алька и сам не такой уж белый и пушистый. Вон схватил за корень крапиву и успешно отхлестывается от пятерых: нападающие, несмотря на громкую ругань (растение неприятно жжется), не могут подойти на расстояние ближе, чем позволяет жгучий стебель. Как раз до тех пор, пока не подбежал Ярик и не разогнал компанию любопытных легкими движениями рук и ног: кому по уху, кому по носу, кому подзатыльник, кому под зад коленом. Вслед убегающим пацанам рыжик запальчиво выкрикнул: «Увижу, что опять пристаете к маленькому – руки оторву, ноги повыдергиваю!». Вожатая Наталья (помня познавательную лекцию товарища в штатском) с трудом заставила себя поверить, что это всего лишь оборот речи. Палку, которой, благодаря занятиям с отцом и дядюшкой Траяном, мальчик мог легко убить человека (на свое счастье, Натка об этом и не догадывалась), он даже брать не стал – это ведь все-таки не враги. Так мелкие шпанюки, которые сами всего и всех боятся. Но по морде таким дать – святое дело. Это им же на пользу, вдруг за ум возьмутся. На увещевания Натки и требования немедленно извинится (ее уже успела накрутить вожатая третьего отряда Алевтина, на глазах которой произошло «избиение младенцев») Аркадий возбужденно отпарировал: «А ничего, что они пятеро на одного! А ничего, что они все Альки на два года старше и на метр длиннее! Нашли себе противника! На минуту нельзя ребенка оставить! Мадмуазель Ната, и не пойду, и извиняться не буду! Хоть режь, хоть вешай! Я сказал, не буду извиняться! Пусть эти детки у Альки прощения просят! Он же ничего плохого не делал! За что его дразнят? Слабо им тоже самое мне или Владу? От Роми в морду лица двоим за длинные языки прилетело!».
Алевтина попыталась схватить мальчика « А ну, постой, разбойник, крапивное семя! Понаехало хулиганья! Как это не буду извиняться?!» Но тот ловко вывернулся и еще огрызнулся « Сударыня, с чего вы меня руками-то хватаете? Не Вы мне рубашки стираете, не Вам и пачкать!». После чего, взяв за руку виновато засопевшего братишку, спокойно направился прочь, в ту сторону, где их ждал еще один остроухий рыжик Ромка, неизвестно откуда вдруг появившийся, в компании с малышкой Гулей, которую братья опекали, как сестренку (пугливая девочка почему-то доверяла этим мальчикам), пока старшая сестра Амина где-то бегает. Напрягшийся было Владик, спокойно продолжил беседу с Толиком, постоянно поглядывая на братьев, посчитав, что на этот раз его вмешательство не нужно.
Две девушки вожатые так и стояли. Наталья в полной растерянности и недоумении. Алевтина – не находя слов от клокотавшего внутри нее гнева. Потом побежала к Антонине Марковне с жалобой. У директрисы Аля категорично потребовала:
- Пусть Наташка приструнит своих карпатских головорезов! Или, если не справляется, то пусть посадит их на цепь и наденет намордники. Житья от них не стало – что ни день, то драка. У меня весь отряд из-за них в синяках и шишках! Это же уму непостижимо! Это же не дети, это какие-то звереныши!
На что Наталья, которую срочно вызвали к директору лагеря «на ковер», ответила, что в таком случае, на цепь надо посадить весь третий отряд вместе с вожатой. Потому как эти «звереныши» первыми ни на кого не нападали, даже дурного слова никому не сказали.
К неудовольствию вожатой Алевтины, начальница обвинила ее саму. Ибо кто виноват, что мальчишки бегают без присмотра, не заняты никаким делом. Ладно, сегодня они дразнили новенького мальчишку и нарвались на кулак его старшего брата, который их, по малолетству, просто пожалел. Ибо на пострадавших нет даже серьезных синяков и ссадин (хотя, судя по физической форме и рельефной мускулатуре заступника, могли быть, как минимум, вывихи и переломы). Отделались легким испугом – замечательно, чудесно! Завтра потеряются в лесу, утонут в море, сорвутся в пропасть, наступят на змею или на скорпиона, отравятся ядовитыми ягодами или листьями. А если бы на месте юного Аркадия оказался настоящий бандит, который никакой благодарности ни к советским людям, ни к советской власти не испытывает и в ненависти своей ничем не ограничен? Или которому просто не нужны живые свидетели? Опытный педагог напомнила возмущенной Але, что она несет персональную ответственность за жизни и здоровье вверенных детей. И еще, напомнила, что государство ей платит зарплату, оплачивает дорогу туда и обратно, питание и проживание не за преследование женатого парня, который приехал работать и который любит жену и изменять ей не собирается. Особенно неприятно было Алевтине, что директор постоянно ее сравнивает с Натальей. Которая, хотя и не горела желанием ехать в лагерь, и не имеет опыта работы с детьми (она вообще не педагог по образованию), все-таки добросовестно старается выполнить свои обязанности, пытается как-то занять и развеселить детей, научить их чему-то полезному. В то время как дипломированный, без пяти минут, учитель даже не в курсе, где ее отряд и чем занят.
Братья так и ходили своей компанией, особо никого не задевая и никому не навязывая свое общество. Потом, кроме маленькой Гули, к ним прибились братья Карасики Леха и Венька. Да еще Владик подружился с Толиком. С меланхоличным увальнем Васей у них было взаимное уважение. Но в душу друг другу не лезли, лишними вопросами не доставали. Иоську Цукермана мальчишки почему-то по-прежнему не видели в упор, даже Алька и Ромка. Непонятно на какой почве сошлись Владик и Толик – эти ребята такие разные. Один домашний книжный мальчик, честный, беззащитный, несколько наивный (для которого слова «дурак» и производные от него – самые крепкие ругательства). Другой – слишком взрослый для своих лет, довольно сурового воспитания и недетских бойцовских качеств, который при необходимости убьет без особых терзаний. Мальчику всего тринадцать лет, но Натке порой казалось, что она говорит с ровесником.
Это и стало главной проблемой девушки. Если младшие мальчишки – ласковый Алька, шкодливые лисята Ярик и Ромка худо-бедно слушались (последние, правда через раз и только потому, что брат так велит, и еще потому, что считали Натку хорошей и не желали ей неприятностей). То Влад обращался с вожатой, как с ровней. Вообще этот мальчик себе на уме. Натку пугали непонятные отлучки Влада, да еще в компании с Толиком. На резонные вопросы вожатой, куда и зачем они ходят, оба подростка либо просто молчали, либо отговаривались, либо откровенно врали. Причем этот эльф карпатский уходил (один или в компании) внезапно, не то, что, не отпрашиваясь, не ставя в известность. Вот только что был, и нет его нигде. Когда же этот странный мальчик брал с собой младших братьев, Натка изводилась от беспокойства. На что сторож ей говорил:
- Такой сам один куда хочет, дойдет без провожатого.
Короче, этот Владик, юный княжич, один стоил четверых. Однажды стирал в море рубаху прямо на себе. А любопытная егоза Амина чуть не утонула в море. Девочке показалось, что Владик тонет и она, не знавшая, что, оказывается, не умеет плавать, самоотверженно бросилась спасать товарища. Правда, получилось, что спас он ее. Да и еще и слегка отругал:
- Зачем ты, умная женщина, полезла в воду? Тем более, что плаваешь только топориком? Что в родной Башкирии утопиться было негде?
- Я думала, что тебе плохо. Думала, ты тонешь! А ты!
- Мне, конечно, плохо. На душе так паршиво, как будто кошки нагадили. Но не потому, что тону. Амина, да я Дунай переплывал. Конечно, утонуть можно и в луже при большом желании и хорошем подпитии. Но я столько не пью.
- Да откуда я знала, что ты что-то там переплываешь. Какой-то Дунай. Помочь хотела, а ты кричишь на меня.
- Ладно, женщина – беги в лагерь, а то без обеда останешься. И вообще, чтобы ты знала, я не купался и не топился – рубаху стирал.
- Другой раз меня попроси. У меня это лучше получается.
- Спасибо, Амина, буду иметь ввиду.
- Значит, ты на меня больше не сердишься?
- Нет, теперь не сержусь.
Амина резко вскочила, коротко поцеловала обалдевшего Владика. И потом целый день ходила именинницей. И хвасталась тем, что стирает Владику рубашки. Причем говорила это с таким гордым видом, как будто эльф «назначил ее своей любимой женой». Натку, это напугало больше, чем сам факт очередного грубейшего нарушения лагерного запрета сразу двумя подопечными. Не хватало для полного счастья еще и какой-нибудь скабрезной истории. Хорошо, что через пару дней все забылось. Амина была непостоянно во всем.
Иногда мальчик задает неудобные вопросы, гладя на нее либо с прищуром, либо с показной наивностью и широко открытыми гипнотическими глазами:
- Мадмуазель Ната, разрешите уточнить. Так для ясности условий. Чтобы избежать взаимных претензий. Гулять нельзя – потеряемся, купаться нельзя – утонем. Дышать можно?
- Вам, твое сиятельство, Владислав Богданович, все можно – устало парировала вожатая. Ей действительно уже надоела роль незадачливого надсмотрщика или няньки при младенчике. – Только если утонешь или кого утопишь, лучше не возвращайся.
- Спасибо, мадмуазель, за разрешение – с дурашливой почтительностью ответил парнишка и опять куда-то скрылся.
Правда, Владик ее и выручал, когда это требовалось. Например, когда вдруг объявили соревнования по стрельбе и ориентированию на местности. Наталью обязали выставить команду от своего отряда. Девушка просто не знала, как поступить. Толик и Иоська, которые сами вызвались, чуть не перестреляли друг друга – оба винтовку, да и вообще оружие, до этого видели только на картинках. И если Толик, который вместе с другом ходил по окрестностям, худо-бедно ориентировался. То Иоська испытывал перед лесом, который окружал лагерь, суеверный ужас. Вася вроде стрелял не плохо, и умело пользовался компасом, мог найти дорогу в лесу по приметам. Но от вожатой настоятельно требовали именно команду, а не одинокого снайпера. Амина, увидев ружье, презрительно скривилась: «на это есть мужчины!». Конечно, от отряда хворых разновозрастных детишек никто не ожидает мировых рекордов, но участвовать в лагерном мероприятии обязали. Главное сказали за два дня – хоть из кармана вынь и положи на стол, Наталья Семеновна, команду. Увидев расстроенную Натку, Владик спросил ее, в чем дело. Вожатая поделилась с ним своими печалями, все равно хуже не будет. И тут подросток улыбнулся:
- Нашла же, Наталочка, из-за чего душу трепать. Будет тебе команда.
И тут же вызвался сам и порядил своего братца Аркадия. Алька и Ромка, тоже рвались, но винтовка была слишком тяжелая для таких малышей. Влад и Ярик тут же спелись с Васей. Который, как оказалось добродушный и медлительный только в мирной жизни. Пули его ложились одна к одной. И по лесу бегал довольно шустро, производя при этом минимум шума. В общем, Вася напоминал флегматичного медведя. Весь день мальчишки готовились к соревнованиям. Владик и Вася даже сумели научить стрельбе Толика. Изучили вдоль и поперек все лесные тропинки в том месте, где будут соревнования. Мальчишки быстрее других по прилагаемой карте нашли четыре контрольных метки из четырех. В то время как парни из первого отряда нашли две из четырех. Девочки из второго одну с то с трудом. Ребятишки из третьего вообще пришли с пустыми руками, устроители были раду тому, что они вообще из лесу вышли – и то, девочек вывел из леса Вася и Владик, а третий отряд – вылавливали из болота и привели домой Толик и Ярик. Судьи вынуждены были признать небывалый прецедент. Санаторный отряд, на который смотрели, как на убогих и ни на что не способных во главе с такой же вожатой, выиграл соревнование по ориентированию, да еще и оказывали помощь терпящим бедствие. Так как просто сидеть и ждать было слишком скучно. В стрельбе ребята тоже оказались первыми. Владик больше всего переживал за Толика – но тот не подвел команду, выбив сорок девять очков из пятидесяти возможных. Вася, Ярик и Владик положили пули в десятку одна к одной. Вожатые Валя из второго и Алевтина из третьего отрядов, поздравляя Наталью, все-таки неоднозначно намекнули на то, что Натка выиграла не совсем честно. Потому как хорошо побеждать в соревнованиях, имея сибирского охотника и трех малолетних экстрасенсов. Ей хорошо! Сибиряк Вася Баранкин с детства в лесу и стрелять, ходить и говорить научился одновременно. Не говоря уж об малолетних беженцах из карпатского княжества – тамошние «мирные» пастухи и плотогоны уже рождаются с оружием. Когда другие отряды вынуждены были готовить команды из обычных детей, большей частью городских. На что Ната резонно возразила, что Толик – потомственный питерский интеллигент в сто восьмом поколении, вообще винтовку два дня назад вживую увидел. И что надо было больше уделять внимания подготовке ребят, а не продавщице пива и коробейнику с косметикой. Кто виноват, что их подопечные не понимают, что изображено на карте, бегают по лесу бестолковым стадом, а на стрельбище пули за молоком посылают. На что Андрей, чей отряд занял второе место, заметил двум своим коллегам, что его парни хотя бы сами домой пришли, а девочек из второго отряда и младших ребятишек из третьего вообще пришлось искать. И если бы не эти необычные мальчики, то вся затея могла закончиться трагедией с вполне предсказуемыми последствиями. И тогда они имели бы полную возможность высказать свои претензии прокурору. И, прежде чем затевать такие соревнования, нужно просчитывать их последствия, и желательно, заранее, а не по факту. И думать, прежде всего, о жизни и здоровье детей, а не о том, как выслужиться перед начальством. Ведь эти мальчики оказались здесь волею печальных обстоятельств, можно сказать, совершенно случайно. Их могли отправить в другой лагерь, а могли и вовсе оставить дома, если бы не внезапное нездоровье их бабушки.
Вожатый Андрей отнесся к случившемуся философски и сохранил добрые отношения с Наткой, считая, что все это всего лишь игра и в игре случается всякое. Если заранее знать результат, то игра теряет смысл и остроту. Две другие вожатые Валя и Аля, которые раньше сочувствовали Наташе, разговаривали с ней холодно и нериязненно, словно она их чем-то серьезно обидела. Директриса успокоила расстроенную Наталью – все это лишь профессиональная зависть. Раньше, на фоне охающей и страдающей коллеги они, даже безалаберная Алевтина, казались себе великими педагогами. Теперь же их профессиональное величие подверглось сомнению. Девушки ждали подвоха от ребят Андрея, но не как ни от Наткиного «хворого батальона» и «инвалидной команды».
Странно, но Владик защищал не только братьев. Случалось, что и вожатую. Вожатые Валентина и Алевтина начали подстраивать мелкие пакости Натке. Эти девицы отчаянно боролись за внимание Андрея. Но тот и раньше относился к ним исключительно как к коллегам, позволял себе беззлобно над ними подтрунивать. Дома его ждала любимая жена и маленький ребенок. Но Валю и Алю даже это обстоятельство нисколько не смущало. Приходилось Андрею включать дурачка, когда эти наставницы деток становились слишком назойливыми. Уважительное отношение Андрея к Натке (она и не пыталась с парнем заигрывать), на которую до этих соревнований смотрели как на несчастное убогое создание и никакого педагога, выводило двух девиц из себя. Владик однажды увидел, как две вожатые роются в вещах Натки. Подросток неслышно закрыл дверь в домике, привалил дверь тяжелым бревном. И сам пошел к Андрею. Девушки с наслаждением сломали каблуки на босоножках соперницы и разорвали ее любимое платье. И собрались сочувственно охать, когда все будут в лучших своих нарядах, а Натке и одеть будет нечего. И вдруг оказались запертыми. Девушки в отчаяние колотились в дверь, пытались вылезти в узкое окошко. Но им пришлось ждать, пока придут Андрей и Владик.
- Мамзели, потрудитесь объяснить, что вы делали в чужом доме, и в рабочее время?
- Мы хотели просто пошутить. А то эта Наташка совсем нос задрала и ходит и сияет, как золотой червонец!
- Взрослые же девушки, уж замуж невтерпеж, а ведете себя хуже детей. Что вы у Натки надеялись такого интересного найти: оружие, золото, брильянты? Или ищите там секретные документы? И кто вам дал полномочия что-то там искать?
- А ты, Андрюша, ведешь себя как жандарм. – Алевтина увидела Владика и продолжила более уверенно. – Вот уже и стукачика прикормил! А еще песни революционные у костра пел. Немедленно нас отсюда. А то закричим!
Интеллигентный Андрей несколько смутился. Но тут Владик выхватил пистолет и жестко сказал:
- Все, что испортили – возместите. И просите у Натки прощения. За такие шутки в зубах бывают промежутки. Или я сейчас же приведу сюда Антонину Марковну и вы обе будете уже ей объяснять, ради какого важного дела бросили своих подопечных. Они, кстати о птичках, чуть опять по лесу не разбежались. Похоже, им там понравилось. Или может сразу милицию вызвать? А что телефон рядом.
Бедные напуганные девицы выложили все, что было в карманах. Во первых – этот бандит остроухий может выстрелить. Во-вторых, если инцидент дойдет до директора лагеря, на хорошие оценки по практике и хорошие отзывы в институт, между прочим педагогический, можно и не надеяться. В-третьих, милицейскому следователю доказать невинность своих намерений будет значительно сложнее, чем Владику и Андрею.
Владик взял деньги, испорченные платье и туфли и куда-то исчез. Вечером того же дня, когда Натка с ужасом обнаружила пропажу, Владик и Толик принесли какой-то сверток. В свертке было новое платье и босоножки совсем как пропавшие, только новые. На очередном празднике Алевтина смотрела с нескрываемой злостью и на Наталью, которая выглядела не хуже других, и на насмешника Андрея и на бывшую подругу Валентину. Она все объяснила Натке и попросила у нее прощения за эту детскую выходку: «Сама не понимаю, что на меня нашло. Форменный же детский сад. Если он тебя любит по-настоящему – то и в лохмотьях полюбит, если уж не любит – хоть во что рядись, хоть золотом с головы до ног увешайся – все равно не мила будешь ». Алевтина винила во всем почему-то именно Владика. Ведь если бы этот противный мальчишка не запер их в Наткиной каморке, то все прошло бы как по маслу. И Натка была бы на вечере как ощипанная ворона среди белых лебедей. И даже ее этот великовозрастный кавалер со шрамом от нее бы отвернулся, и, вероятнее всего, обратил бы внимание на них.
(Продолжение следует)


 Опубликовано: 16/09/17, 19:01 | Свидетельство о публикации № 782-16/09/17-38203 | Просмотров: 47



Загрузка...
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Категории раздела
Рассказы [837]
Миниатюры [426]
Обзоры [745]
Статьи [179]
Эссе [116]
Критика [38]
Пьесы [11]
Сказки [120]
Байки [45]
Сатира [37]
Мемуары [107]
Документальная проза [13]
Эпистолы [13]
Новеллы [36]
Подражания [10]
Афоризмы [50]
Юмористическая проза [139]
Фельетоны [9]
Галиматья [250]
Фантастика [109]
Повести [168]
Романы [54]
Прозаические переводы [2]
Проза на иностранных языках [0]
Конкурсы [24]
Литературные игры [3]
Тренинги [6]
Завершенные конкурсы, игры и тренинги [960]
Диспуты и опросы [61]
Анонсы и новости [90]
Литературные манифесты [101]
Мистика [10]
Проза без рубрики [322]
Проза пользователей [172]
Критика 2 [24]
Ужасы [2]
 

      2013-2017 © ПГ           Дизайн © Koterina                                 Правила сайта