Литсеть ЛитСеть
• Поэзия • Проза • Критика • Конкурсы • Игры • Общение
Главное меню
Поиск
Случайные данные
Вход
Земля эльфов ч.1 гл.2
Фантастика
Автор: JackStone
Монах

Брат Бернард гордился своим умением разбираться в людях и мотивах, приводящих в действие сложную и противоречивую машину человеческих поступков.
Иное дело - нелюдь и та странная иерархия договоров, клятв, проклятий и предначертаний - тех неуловимых, даже не записанных кровью на пергаментах из человеческой кожи, вопреки уверениям коричневорясых проповедников правил и принципов, заставляющих нечеловеческие расы спотыкаться там, где любой человек поступил бы к собственной выгоде.
Впрочем, в механизмах психологии нелюди Бернард также разбирался, ибо именно это и было сущностью Ордена - это, а вовсе не лихие рейды *оборотней в эльфийское порубежье.
Разбирался более чем хорошо, гораздо лучше аналитиков-скрибов, запертых в кельях монастырей Прибрежья.
Возможно, как никто другой - сан обязывал.
Но даже для брата Бернарда была загадкой психология подменышей - детей, выброшенных нелёгкой жизнью кочевых эльфийских племён к порогам человеческих жилищ; эльфов, воспитанных людьми.
И командор Нортумбрии всегда относился к полубратьям с... нет, не ненавистью - для этого Орден слишком хорошо обтёсывал всех, прошедших Монастырь братьев, и людей, и нелюдей - но непониманием. И хотя смотрел Бернард на эльфа перед собой с ровным и благожелательным любопытством, как и предписывалось уставом, внутри командора всё равно зрело раздражение.
Возможно, потому, что, стоя на коленях этот подменыш не стоял на коленях.
Дело было не в величии или гордыне - как если бы стоял на коленях вольный эльф или светский сеньор. Арестованный стоял на коленях потому, что таковы были правила игры. Потому что его совершенно не трогала символика - будь то символика подчинения и унижения или знаки победы и возвышения.
И брат Бернард знал, что таких людей следует опасаться.
Ибо его собственный Орден боялись по тем же самым причинам: цель оправдывала средства. Мудрость, взятая у извечных противников-эльфов была горька, как яд, и столь же действенна.

От серых каменых плит пола нещадно тянуло холодом. Несколько выщербленных ступеней образовывали в центре зала подобие пьедестала, на котором неподвижно, будто памятник самому себе, стоял инквизитор Ордена. Серая ряса, перепоясанная простой верёвкой, усиливала сходство монаха с окружающими залу по периметру статуями. Балахон сей, украшенный оранжевой каймой не доходил до пола, и Ямар видел, что монах был бос.
Аскет, прошедший все стадии посвящения Ордену.
Фанатик.

Молчание тянулось долго, загустевая подобно попавшей на воздух смоле, но атмосфера в допросной зале башни Алоста оставалась неизменной.
Монах не проявлял любопытства, стоящий перед ним на коленях Ямар - нетерпения. И только несколько стражников прево, стоявших позади подменыша проявляли недоумение - но тоже молча, и, на всякий случай, по стойке смирно. Потому как крупная шишка из Ордена, други, - это вам не фунт лембас. Приложит под горячую руку анафемой - и что тогда делать? Ни в больнице орденской от чумы отсидеться, ни суда церковного - а у сеньоров, известное дело, и законы Драконтом писаные, да и не докажешь ничего без звонкой монеты. Да и надела орденского не получить - а где же ещё земель в Пограничье взять, как не под опёкой орденских ухорезов?
Перед эльфом на его собственном плаще, содранном стражниками с плеч, лежали орудия эльфовства - скрамасакс, остывающий чугунок, доставленный прямо на крышке стола, на котором он стоял, пивная кружка, неизвестно зачем прихваченная (не иначе как для комплектности) и искривлённый засапожный нож - вобще-то ритуальный эльфийский серповидный кинжал-атамэ, используемый Ямаром обычно как бритва.
Подменыш оценил свои шансы.
Не то чтобы он опасался орденцев - сам из той же песочницы, но молчание стоящего перед ним командора, хотя и безразличное, не располагало к воодушевляющим мыслям.
В зале, насколько Эльф мог судить, кроме шестёрки караульщиков прево - толстых, разъевшихся на королевских харчах, способных лишь на сбор дани с торговцев и питиё бесплатно выставляемого эля в тавернах, серого брата и его собственной, Ямара, персоны никого более не было.
Два копейных древка, ранее упиравшихся ему в плечи, в плеч уже давно не упирались, а просто лежали, и Ямар прекрасно знал, что даже его невеликих познаний в эльфьей магии вполне достаточно, чтобы расшвырять стражу. Проблема заключалась в монахе - брата третего круга посвящения (иначе бы не разгуливал босиком по холодному полу) ему не одолеть, да и из башни так просто не выберешься.
Поэтому оставалось ждать, пока не заговорит каменная статуя командора.
- Оставьте нас! - прошелестел по залу голос серого брата и стражники рванулись к выходу обгоняя друг друга. Они, конечно, может и предупредили бы, что оставаться наедине с дьявольским отродьем не стоит - но орденец вызывал у них куда больший ужас.
Гулко, как топор палача, хлопнула дверь.

В зале опять повисло молчание, но Ямару это уже надоело. Не настолько он мастер магии, чтобы "поединок сердец" устраивать, а "шатуну" деньги платят лишь тогда, когда он сам меч предлагает, а не ждёт, пока его по плечу ожидающе похлопают.
- Может, представимся? - подмигнул он монаху.
Брат Бернард скривился.
Вытаскивая наёмника из рук толпы он рассчитывал на большую осведомлённость. Этот же агент-полубрат походил на типичного исполнителя, больше озабоченного способом выполнения работы, нежели её целью и смыслом.
Монах скорее проплыл, чем прошёл вперёд, замерев у края ступеней.
- Молчи, еретик! - сказал он, впрочем, фанатизма в его голосе не было ни грамма - только ядовитый сарказм.
Ямар оценил - два эльфа, однозначные творения дьявола с точки зрения человеческой религии, относящиеся к разным конфессиям - выглядели забавно. Оба это понимали... что придавало ситуации особый абсурд.
Потому что и убивать друг друга если что будут всерьёз.
Хотя... брата-инквизитора особенно и не убьёшь.
Инквизиция была призвана следить за чистотой людской расы, всячески искореняя нелюдь и "проклятые плоды крвосмешения".
На практике это вело к тому, что правая рука инквизиции не только не знала, что делает левая - но ещё и всячески ей мешала.
Потому что на Пограничных землях инквизиция в лице Серого ордена "очищала земли от нелюди", то есть попросту вырезала разного рода орков, эльфов, гоблинов и прочих троллей деревнями и стойбищами, но почти не трогая гномов, которые хоть и полагались существами второго сорта, однако владели металлообработкой, недолюбливали эльфов и охотно торговали с людьми.
Труднее всего здесь приходилось подменышам, иногда полукровкам, появившимся от насилия, гораздо чаще - эльфам по крови, подброшенных к людским порогам.
Инквизиция их не преследовала. Не из альтруизма.
Причин, собственно, было две. Первая - иммунитет от преследования и травли людьми подменышам приходилось покупать. Покупать работой на серых братьев.
Вторая - ставшая бросаться в глаза недавно - была более весомой.
Эльфьи подкидыши-подменыши обычно доставлялись инквизиторам.
И воспитывались как "серые братья".
"Серые" сражались с внешним противником, и не особенно задумывались о средствах.
Иное дело - Внутренние земли, где инквизиторы прибывали с континента в коричневых рясах ордена Псов Господних, про Авалон зная в основном из памфлетов, где остров описывался как средоточие дьявольского могущества, а причину болезней, мора и отступлений от веры видели исключительно в загрязнении человеческой крови нелюдскими примесями.
Оттого и жгли любого, кто не мог предоставить родословие лет за триста, а ещё лучше - четыреста; а уж коренной житель Авалона по умолчанию был нечист.
Естественно, что у всех новоприбывших на остров в крестовый поход эта политика встречала всемерную поддержку - потому что было проще занять уже распаханные земли, а не отправляться на границу, кажды день рискуя получить стрелу в глаз.
- Сменим тему, - монах сбросил капюшон, открыв бесстрастное лицо с тонкими чертами и наголо бритый череп. Ямар догадывался, почему - волосы у брата-инквизитора наверняка имели редкостный металлический оттенок: зелёный, как окись меди, бронзовый, золотой или серебристый.
Или как тупящие лучшие бритвы пряди его собственной шевелюры цвета потемневшей от времени стали.
- Меня зовут брат Бернард. Я жду объяснений тому, что произошло - в конце-концов, Жиль Добряк был !моим агентом.
- И двадцать трубок "эльфийского мора" тащил по вашему указанию? - хмыкнул Ямар, глядя на монаха. - Вы могли потерять всё население этого города дня за три.
- "Оборотень", - процедил брат Бернард, о чём-то задумавшись. - Откуда вам стало известно о том, что он переметнулся?
- Я даже не знал, что он работал на инквизицию. Мне поручил его зачистить отец Селестин, аббатство Ровисса. Потому что я знал Жиля Добряка в лицо. Думаю, все подробности лучше узнать у него лично.
Ямар сокрушённо покачал головой и опустил голову.
В голове немного шумело - сказывались последствия полученных от стражи тумаков, перенапряжение боя и главное - КТО? Кто оборотень?
Если Жиль Добряк - то Ямар сейчас выйдет из орденской башни с заднего хода и отправится по своим делам.
А если нет?...
"Оборотнями" на границе называли предателей, переметнувшихся - по самым разным причинам - на сторону эльфов. Про людей особого разговора не было - тут работал либо страх, либо деньги. Вот с *подменышами было труднее.
Кого-то специально готовили как агента для работы среди эльфов - а поскольку про эльфов всё равно ничего известно не было, кровь не даёт знания, то легенда была стандартная - натерпевшийся от людей но ставший взрослым "подменыш" возвращается к братьям по крови.
Кого-то убивали, кому-то удавалось (ценой немалой крови тех же людей и инквизиторов), кто-то !действительно начинал работать на эльфов...
"Оборотничество" - дело одинокое. Поэтому лучше никому не верить.
В теории.
- Что, полубрат, задумался? - Ямар поднял голову и увидел, как на бесстрастном лице змеится тонкая улыбка.
Судя по всему, брат Бернард думал сейчас о том же, о чём думал Ямар.
Кто работает на эльфов, если достоверно известно, что на них (в данный момент) не работает только Ямар? Если Жиль Добряк выполнял указания брата Бернарда, то брат Бернард может работать на эльфов. Или пытался войти в доверие к кому-то на той стороне Рубежа таким вот способом. Жестоким, но на войне как на войне.
Если Жиль Добряк (вот же, блин, имечко) работал на эльфов, делая вид, что работает на брата Бернарда - то всё вроде бы в порядке, но этого ведь нельзя знать наверняка...
- Ты знаком с эльфийской магией? - неожиданно спросил Бернард.
Ямар задумался. Сильный вопрос - ибо серый орден магией открыто пренебрегал (чтобы не вступать в конфликт с церковью), больше уповая на *крест. Что не мешало многим знать пару магических трюков. Но полноценную магию можно было узнать - только на другой стороне Леса...
В этот момент брат Бернард спросил по-другому, дёрнувшись в знаке Огня. Бессознательно Ямар сотворил жест Земли, после чего пустил в монаха Подсечной Огонь, который инквизитор засыпал Стеной Дождя и атаковал Грозовой Молнией. Ямар выставил простейший Громоотвод и в этот момент встретился взглядом с братом Бернардом.
И тут же отпрянул назад, замерев в позе подчинения.
Не понравилось Ямару то, что было во взгляде монаха.
Совсем не понравилось.
Инквизитор решал. Решал его судьбу. И точно также был растерян. С одной стороны, магия - штука такая, сугубо эльфийская. Знаком с магией - на эльфов трудишься.
С другой стороны, высшие инквизиторы с магией знакомы, разумеется - оружие врага нужно знать в лицо; так что то, что её знает брат Бернард - неудивительно.
А на Ямаре не написано, КТО он в инквизиторской иерархии - и вряд ли инквизитор успел заглянуть в книги *Судеб.
Оба эльфа почувствовали крылья богини Паранойи, и одинаково усмехнулись друг другу.
- Умён! - признал брат Бернард. - Ладно, погуляй пока... на оставшиеся деньги. Город не покидай, иначе присвою тебе статус "прокажённого" - долго проживёшь?
- Не думаю. - Ямар покачал головой.
Статус "прокажённого" означал что любой агент Инквизиции встретившись с ним будет обязан быстро и без разговоров - это "без разговоров" всегда особо подчёркивалось на инструктажах - прикончить. Хуже этого был только статус "чумного" - когда и инквизиция и её агенты начинали охоту за одним человеком - целенаправленную и с привлечением светских властей и распуская о "чумном" такие слухи, при которых любой предпочитал всадить в несчастного стрелу и спалить от греха подальше.
- Ступай! - сказал инквизитор, и Ямар поспешил выполнить приказание.
Нутром чувствуя, что брат Бернард уже жалеет о своём решении.
Опубликовано: 21/09/20, 21:45 | Просмотров: 43 | Комментариев: 2
Загрузка...
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Все комментарии:

Надо бы с препинаками разобраться. А то Торопыжки не совсем понимают, зачем восклицаки посреди текста натыканы?)
Торопыжка  (25/09/20 07:48)    


Не нашёл так, спецом, но - я подозреваю - это от
!испанской! привычки !выделять таким образом !всякое !разное для последующей редакции.
Но с редакцией у меня сложно ))
JackStone  (25/09/20 17:06)    

Рубрики
Рассказы [992]
Миниатюры [869]
Обзоры [1308]
Статьи [363]
Эссе [172]
Критика [88]
Сказки [172]
Байки [47]
Сатира [48]
Фельетоны [13]
Юмористическая проза [276]
Мемуары [60]
Документальная проза [63]
Эпистолы [10]
Новеллы [65]
Подражания [10]
Афоризмы [28]
Фантастика [132]
Мистика [19]
Ужасы [5]
Эротическая проза [3]
Галиматья [257]
Повести [255]
Романы [44]
Пьесы [32]
Прозаические переводы [2]
Конкурсы [25]
Литературные игры [33]
Тренинги [2]
Завершенные конкурсы, игры и тренинги [1603]
Тесты [10]
Диспуты и опросы [82]
Анонсы и новости [106]
Объявления [76]
Литературные манифесты [243]
Проза без рубрики [408]
Проза пользователей [125]