Литсеть ЛитСеть
• Поэзия • Проза • Критика • Конкурсы • Игры • Общение
Главное меню
Поиск
Случайные данные
Вход
Ревизия это занятно, а ведомственная - прикольно. Часть 2
Проза пользователей
Автор: dugp2011
Ресторанное питание для собакена и свинский корм зекам

Распределение направлений – в какую организацию кому пилять не могло не вызвать улыбку иронии. Были чуть не десятилетиями насиженные некоторыми старыми сотрудниками точки. Только они туда и ездили – вотчина. Там всё уже у них было “родное”: дружбаны, адреса, явки, пароли ))) Это в основном касалось почему-то УИН-овских объектов (лагерей).

Были и места, куда никто не хотел ехать – или добираться неудобно, или бухгалтер сильно жадный, да ещё и полный порядок в документах. То есть “ловить” абсолютно нечего. Или какие -то “узкие места”, сложности, например: стройка большая. Такого тоже наши мальчики не любили, им были нужны тень и покой. И -да – именно из таких объектов и состоял мой график: “На тобі, небоже, що мені негоже”.

Поскольку у меня на зонах дружбанов не водилось, то мне было абсолютно пофик куда ехать. Я же ни с кем не была знакома или в дружбе. Просто было смешно смотреть как они этот график между собой кроят.

Была только одна глобальная трудность – командировочных не давали. Их возвращали потом “когда – нибудь”. А зарплата была абсолютно не сопоставима с ценой гостиницы, если в той дыре, куда тебя послали вообще была гостиница.

При этом наш новый, не пьющий чтоб сильно, начфин – из бывших ревизоров, а потом главбухов колонии, то есть знавший всю систему насквозь, на просьбу дать аванс очень кричал что денег нет, что (прямая цитата) “Нищие ревизоры мне не нужны!”

Интересно, что один из наших старейших ревизоров постоянно проверял ту колонию, где раньше главбухом был нынешний его начальник. И приезжал он туда на проверки очень своеобразно – со списком чего ему надо, чтоб не сбились, и фразой: “И не говорите мне о деньгах, я этого не люблю!” Земля не имеет форму чемодана и вот получатель списка как-то моментально стал его начальником. Так что отношения были “ещё те”.

Поэтому, приезжая на точку надо было сначала выклянчить чтоб тебя куда-то поселили “за счёт спонсоров”, потом придумать где тебе питаться, а только после этого приступать к объективной проверке финансово – хозяйственной деятельности.

Если во времена “совка” почти все ревизоры спокойненько в радиусе до ста километров по вечерам ездили домой – автобусы рулили до глубокого вечера и менты катались бесплатно. То уже в моё время автобусное расписание вызывало рыдания: два – три маршрута в день и, последний рейс часа в три – полчетвёртого дня. Всё.

То есть место где тебе жить, это – серьёзно, это на три недели. Ржавая холодная вода, плесень, вонь неремонтированных десятилетиями полузаброшенных общаг с баланса завода – банкрота, полуломанная мебель, и ты – один жилец на пол этажа. До интернета или мобилок оставалось пять лет. Вот чем после шести вечера заниматься? Думаете, если замотаться в сырое десятилетнее одеяло, то сильно уютно книжку читать? Или музыку слушать? Чёкнуться можно.

Можно было работать подольше, до восьми -девяти. Потом за неделю все уже сделано, вместо трёх. Орден за это не дадут, а даже и наоборот. Если потом что-то обнаружат просмотренное, то расскажут, как ты тут за недельку “всё тяп-ляп проверил” и недосмотрел. Плюс твои командировочные – заметная прибавка к зарплате. Иначе за что ты тут клопов кормишь?

Короче, отправили меня в апреле в классный живописный городок над рекой, как оказалось на всё лето, почти до октября. Там была куча объектов: райотдел, тюрьма, пожарка, ГАИ, ведомственный лагерь отдыха, ещё что-то и, очень скрупулёзная главбух в райотделе, то есть – ревизору только чай, зато поселение в пустом детском пионерлагере – на природе. Но до сортира ходить далеко и мимо собак.Зато – природа, и никаких начальников тебе, только план проверки на десяток листов, чтоб не сбилась.

Честно говоря, после трёхлетней службы опером в ГСБЭП у меня в ревизионном отделе возникло странное ощущение, что я нахожусь в бесконечном отпуске, на замедленной киносъёмке. Для примера, на тот райотдел, который я должна была по нормам три недели проверять, в ГСБЭП мне бы три дня дали, а потом бы очень орали: “Как? Ты до сих пор ничего не нашла?”, а дальше бы рассказывали о моих умственных способностях.

Ну, короче, я в лагере расположилась. Пляж, всё такое. И начала изучать их райотделовскую макулатуру. Про их собаку очень запомнилось. Они ей питание покупали в ресторане. Мне бухгалтер с методичкой в руках объяснила что другой точки продажи в их городке просто нет. Это не Киев, тут диет. столовых не имеется. Один городок – один пункт питания – ресторан. Остальные едят дома.

Вот они с этим единственным кабаком заключили договор и покупали собакену отбивные. Хорошо, пусть так. Ну, листаю я их подшивку, листаю, неделю за неделей и бац! – акт о смерти собакена, дальше – Бац! – заключение о вскрытии: “От истощения”. Я просто абзац в акте для их этой тяжёлой потери выделила. Не выдержал пёсик служивый их ресторанного питания. Правда потом и героического кинолога из органов уволили, но “по собственному”, а не “в связи со скоропостижной безвременной”.

Выбравшись из райотдела, я отправилась изучать тюрьму.
У них библиотека очень приличная была, а библиотекарь – дедуля тихинький, вежливый, судья погоревший с длинным сроком, милый пожилой человек.

В тюряге я очень расширила своё представление об организации питания. На пляже я их методичку чуть не на память выучила. Реально интересно.
Там написано в частности:
1. Если зекам на обед дают суп вермешелевый , то на второе гарнир – макароны уже нельзя. Ибо это однородная пища. Если уха, то рыбку жареную тоже нельзя.Должно быть РАЗНООБРАЗИЕ.
2.Меню расписывается сразу на две недели. Продукты под это меню закупают и хранят на центральном продуктовом складе. А на кухню выдаются утром чётко по расчёт меню на текущий день.
3.Температура блюд расписана. Я плакать: чай – не ниже …, суп не ниже …., мороженое – не выше (шутка).
Короче, забота так и хлещет.

На практике: сахара не было уже даже и не месяц. Его не просто не было, его и купить не где, он из продажи исчез – времена такие были. Поэтому зекам чай/ кисель без сахара выдавали. Хлеб в долг местные пекарни давать перестали. И в тихоря (не письменно) лимит на передачки от родственников для зеков отменили, а это громадное нарушение.

Хлеб договорились возить из ведомственной колонии – сельхоз – поселения (про неё отдельно расскажу), потому что это подразделение из родного ведомства и там взаиморасчёт. Но в хлебе том из их местного зерна что-то с клейковиной не так было, а для исправления ситуации импортные добавки отсутствовали (если денег нет, то как бы они присутствовали).. Поэтому в этом хлебе, который я никогда не забуду, привезённом за восемьдесят километров, есть можно было только корку, а склеевшуюся в вонючий комок внутренность – мякоть, не ели даже свиньи (факт без преувеличения).

Для того чтоб закрепить полученные из пищевой методички знания, я отправилась на кухню проверять. Вот как проверить? Очень просто. Кастрюли все калиброваны. Сколько туда засыпано зерна – известно из накладных на передачу со склада и расчёта по меню. Просто взвешиваешь и получаешь, что к тому зерну налили на десять литров воды больше. Поэтому каши получили не сорок, а пятьдесят килограмм (абстрактный пример). На всё есть таблицы: сухой вес/ вес готового изделия.

Потом шаришь по помещению и вытаскиваешь на середину всё что после приготовления ужина осталось. Это продукты, которые не доложили в еду арестантам и приготовились стырить. Называется “организация излишков с целью последующего хищения”. Запомнили?

Особо хочется отметить приверженность сотрудников системы исполнения наказания к блатной музыке и фильмам о том же. Прямо сроднились с работой.

И для любопытствующих – ходить по той части помещений, где камеры муторошно. Запах там специфический. Грюканье замков, прохождение отсеков – забыть невозможно. Я это даже от начальника тюрьмы слышала – и ему муторошно, особенно там где “смертники”. Он сам мне об этом говорил, сам себе удивлялся.

Ну, ещё тюрьма была переполнена раза в три, может и больше. Они, как и гостиницы, имеют свою нормативную вместимость от квадратуры посадочных мест.

=Колхоз – зона и его мирная жизнь=

Кроме направлений по которым никто не хотел ехать, потому что там "только чай", были и ещё направления - там, где скандал или какая -нибудь гидота. Мальчики не хотели, девочки были новенькие, а я типа женщина с опытом (ГСБЭП) и как - нибудь разберусь досконально.
Вывезли меня проверять зону -сельхозпоселение. Опять - вторым ревизором, а первым - сам начальник отдела. Он был человек видимо занятый, поэтому привёз меня, представил начальнику колонии и свалил. Я в этой деревне на месяц одна и осталась. Конечно на выходные я домой уезжала, но месяц честно отбыла. А куда бы я делась?
Поселиться мне предложили на выбор: в пустом детском саду с крысами или дома у главбуха. Что бы выбрали вы? Вот и я крыс боюсь.
Почему садик был пустой? Потому что это - деревня, и детки летом с родителями, во дворе бегают. Там даже в другое время человек пять малышей в садик ходило.

Немного удивительной истории появления этой колонии - поселения. Это был колхоз или совхоз, я уже не помню. И к ним приехали и предложили сделать на их базе колонию - поселение, то есть самого лёгкого режима. Обещали что появятся новые мужские рабочие руки, ведь их так не хватало.
Жителям на собрании пояснили, что тут будут отбывать наказание осуждённые за мелкие преступления, наезд на пешехода, бла-бла-бла. Ведь это те осужденные, которые будут просто жить в общаге и работать в предписанных им местах, а не лагерь с охраной какой-то, а ПОСЕЛЕНИЕ. Ну, народ и согласился на общем собрании.
Пригнали им первую партию осужденных - все как один за тягчайшие преступления, которые имели приговор наподобие: "Восемь лет строго режима и три года колонии - поселения". Как тебе такое, Илон Маск?
То есть, крестьянам откровенно лгали. Люди стали бояться даже по деревне ходить. За то стоимость жилья в деревне поднялась - к зекам стали переезжать их семьи. Так что кругом есть две стороны вопроса.

Руководил этим действом некий С. Не хочу называть фамилии начальника колонии. Он там канал под бога, просто настоящий петух в курятнике, баран в отаре и т.д. Говорили, что у него какие -то стада есть и кто-то из зеков не хотел их пасти. Короче, рассказывали мокрые истории о всевластии. И я - напоминаю, там абсолютно одна, а даже выбраться оттуда не ясно как.
Он мне как знак внимания предложил свои мужские услуги, то ли "для коллекции", то ли "за знакомство". Ну, он был бы не он, если бы не предложил. Короче, я на него обозлилась. Наши пацаны мне объяснили, что правильный ответ: "Давайте не будем путать мероприятия".
Какие -то статьи понаходила "Об учёте в сельском хозяйстве", поскольку это было первое сельхоз - предприятие, которое мне попалось в жизни. Оно одно и было в системе, пришлось поднапрячь интеллект, подтянуть знания.
Так вот, тщательно изучив их рукописную бухгалтерию, я обнаружила, что штук пять коней в частности только в этом году по актам на списание "погибли и были захоронены в скотомогильник". Пошла окрестными вопросами у ветеринаров узнавать, много это или мало. Мне объяснили, что даже если один погибнет, то это страшное ЧП и вводится карантин. Ибо есть разница между просто издох, тогда туша идёт на корм скоту, и был поражён какой -то заразной болезнью и отправлен в скотомогильник.
Народ мне объяснил что "скотомогильник" ровно в двадцати пяти километрах - в Чертково конезавод, куда их и сдали на колбасу.
IMG4/548951606587970
Потом я акты на забой свиней изучала, как там вес выхода мяса/сала определяется по таблицам рост/ вес, худой/ упитанный. Чего от злости не изучишь.
Потом кругом все разговаривали о клубнике, я тоже люблю клубнику. Смоталась посмотреть где она растёт - огромное поле, ну размером с пять футбольных. Зеки на нём работают, всё нормально. Развернула учёт, а его там вообще НЕТ. Оно три года назад в полном соответствии с сельхознормативами списано, мне об этом главбух и методичку предъявила. Всё же грамотные эти главбухи - и как собак в ресторане кормить правильно знают, и как прекрасную плантацию клубники списать по сроку.
А там вообще бизнес по клубнике поставленный - всё цивильно: лукошки - поезда - Бесарабский рынок.
В учёте же - горе горькое, зеки работают так, что даже столовую себе не окупают, сплошные убытки. А как они могут работать, если на неучтённом поле пашут и неучтённые стада пасут?
На складе тоже горе - сахар по актам списан - мыши поели. Они его правда не едят, но засрать конечно могут. Однако кругом долги сотрудникам и зачем же сахар для мышей на складах хранить до такого состояния? Выдайте уже под зарплату, что ли.
Да, и хлеб они там выпекали из своей фирменной пшеницы. Про этот хлеб я уже отдельно рассказала. И сотрудники бухгалтерии мне подтвердили - на корм скоту тоже не годится. Нужна какая -то добавка, но её - импортную надо покупать, что полностью исключено.

Когда я в этой прекрасной (по Чернышевскому и его "Что делать?") сельско - хозяйственной колонии будущего (практически хиппи) уже основной срок почти отбыла, то однажды ко мне подошли и сказали что в честь того, что я у них на ревизии, то есть можно сказать "в гостях", они для ревизора закололи ягнёночка и приглашают меня "откушать".
Вот когда ты находишься в дыре, из которой даже непонятно как департироваться, то лучше не выделываться. А сказали "Откушать" - радостно встал и пошёл.
Короче, на этом "ягнёночке" я была то ли двенадцатой, то ли пятнадцатой и, народ продолжал прибывать. Сбегали и притащили второй котёл и что-то с водой туда перекладывали: "Чтоб хоть юшки на всех хватило!" Почему мне это запомнилось? Не знаю. Дальше кто-то что-то говорил, кто-то с кем-то шумел, толпа активно напивающихся незнакомых людей. В какой-то момент мне стало тупо страшно, я сказала что мне дурно и уехала оттуда на одном из очередных прибывших "бобиков". Главбух меня отбила у этого возмущающегося преждевременному уходу гостьи, С*. Смотрела она на меня с понимающим сочувствием.
Так что чем закончился деревенский праздник я не в курсе. Но сделав некоторые выводы для себя, уезжая на выходные, молча не объявляя намерений, пригребла с собой примерно все необходимые для написания акта документы и, тихо свалила.
В понедельник утром я немного пожаловалась на свои нервы, и добрый шеф, картинно повозмущавшийся негодяями, отметив что сумеет защитить любого из своих дорогих сотрудников, сказал:
- Ну, тебе что осталось? Сам акт сформировать? Сиди тут и пиши.
Я сидела в уютном, родном кабинете областной управы МВД и тихо "сводила" акт. С*. такого безобразного поворота не ожидал.
Дорогие коллеги, зная мою психологическую проблему, честно предупреждали, когда где-то на горизонте города/здания замечали этот С*. Тогда я быстренько ныряла в сумочку, пила припасённый феназепам, и появляющийся в дверном проёме С*, очевидно сильно удивлялся моему спокойному равнодушию. Знай наших!
А строго - рецептурный "феник" у меня был добыт самым честным образом, ещё с тех пор, как я в ГСБЭП чуть не "чёкнулась" и открыто поведала единственному врачу, к которому в ведомственной поликлинике не бывает очередей, о своей тяжёлой проблеме. Добрая старушка - Ольга Федоровна сказала: "Не допустим чтоб дошла да такого состояния!" - и поставила меня на учёт со словами: "У нас тут своя картотека. Никто ничего и знать не будет!"

Вернёмся к акту. Когда "черновик" был сформирован и отдан руководителю группы, то все мои проблемы ушли. Больше мне и "феник" не понадобился. Замечательная формулировка: "Все вопросы - к шефу!" рулит. Как там уже шеф крутился с этим С* -
это целиком его дипломатический вопрос.

Короче, я своему шефу, который - напоминаю - в нашей группе незримо был старшим, акт отдала. Он с ним прошёлся к начальнику УМВД, а им в то время был на взлёте карьеры будущий министр. Других характеристик я думаю вам не потребуется.
И потом легенда гласит как этот С. ехал к начальнику УМВД на встречу, и в лифте здания УИН при всех у него открылся чемодан - дипломат, замки не выдерживали переполняющей нагрузки ))) Ну, и немного денег почти рассыпалось под сочувствие попутчиков.
Могу сказать с уверенностью, что чистовик акта я никогда не видела и не читала, я этого просто после начальников никогда не делала. Но в нашем случае это уже было всё равно. Зло обязательно было наказано.
Через несколько месяцев меня опять в этот колхоз запёрли, но уже с двумя другими ревизорами. Эту колонию закрыли потому что по нормам подобное учреждение не может находится в непосредственной близости от границы страны (25 км).
На этот раз мы уже жили в этом детском садике и гоняли там крыс/ мышей втроём.

Могу добавить, что в этой деревеньке мне объяснили, что коровы в нашей стране практически все больные - лейкозные. Что мужиков и доселе посылают в деревнях в огород по древнему языческому обычаю, для совершения действа, способствующего повышению урожая. Что злоба во мне сильнее страха. И что мне очень нравится жизнь в патриархальной деревне, её запахи, звуки, простая еда. И что тот год я из двенадцати месяцев три провела в тюрьмах /зонах.

=Танкисты на связи=

Один раз вообще весело получилось.

Слово “Подстава” если никогда и не было признано словом года, то в светлые девяностые в пятёрку лидеров регулярно точно входило.

Вокруг всё подряд государственное очень энергично то ликвидировали, то расформировывали, то передислоцировали. Постоянно появлялся вопрос о гос. имуществе, которое на балансе числится, и “с ним надо что-то решать”. Имущество то уже явно утратило все “ознаки придатности”, но пригодность – пригодностью, а балансовую стоимость никто не отменял. Поэтому материально – ответственным лицам тут надо было оставаться осторожными до конца, а то и показательно загреметь можно было туда, где заботливо выдают тёплый кисель без сахара , ведь показатели в работе ГСБЭП тоже никто не отменял, а кого же ловить, как не зазевавшихся философов “кому оно нужно, оно же – никакое”.

Близлежащую танковую часть расформировали и куда-то перенаправили. Сами понимаете, что военные люди на каждой местности между собой как минимум знакомы. И отношения между ними запутано – дружеские. То армия солдат выделит тяжёлое перенести/ закопать/ откопать, то менты отмажут “залетевшего” пьяного вояку (да, такое бывает). Короче, дружба и взаимная выручка всех цветов мундиров.

Прибываю я на ревизию в одно милицейское подразделение, и нахожу что им по доверенности безвозмездно передали пару десятков каких -то раций. К слову, по всем параметрам абсолютно не подходящих. Но безвозмездно же, в порядке помощи, по письму. Хрен знает что там с ними на самом деле было, но пошла проверять наличие. Рации всегда проверялись сплошным порядком, сверяя номера. Кажется, так было в инструкции, и боялись “подлететь”. В наличии было полное отсутствие. Затерялись в пути? Все были неисправны и вам не понадобились?

Нахожу паспорт на изделие, читаю состав. И говорю:
– Я приму любой ваш выбор. Вот паспорт изделия и сегодня пятница. В понедельник вы предъявляете мне или эти рации, или справку, что сдали в соответствующую контору выпаянные из тех раций золотые запчасти, а рации списали и уничтожили. У меня есть принцип: “После моей проверки по её следам нарушения не отражённые в акте отсутствуют”.

К понедельнику накладную поменяли на другой тип раций, в которых запчасти были немного меньше прекрасные, и принесли справку, что утилизацию выполнили.

Перенервничали конечно. Где они тех танкистов передислоцированных нашли чтоб накладную менять я не знаю. Но после меня был порядок – бумажки сшиты правильно.

Они потом мне рассказали, что сначала решили, что я над ними “прикалываюсь”, “беру на понт”, “ставлю на счётчик” и другие недостойные благородства погон действия. Бросились изучать инструкции, методички и паспорта изделий и, в холодном поту, убедились, что я очень добрая, а танкисты – козлы.

=======
=Касса взаимо – помощи и нерадивые пешеходы=

У ГАИшников работа хоть и нервная, но всё равно их от дороги не оттянуть. Все эти сборы штрафов на месте, меняясь по форме, в поисках совершенного варианта, не меняют свою суть – деньги мелькают перед носом сотрудника, уходя в бездну государственного бюджета. Прямо стриптиз какой-то по ощущениям (так понятно?).

Казалось бы проверять ГАИ занятие более приятное, чем тащиться в колонию, которая невесть где в полях, тем более что ГАИшники в быту люди очень понятливые и сговорчивые. Но – нет. ГАИ досталось тоже мне. Потому что: во первых у них велась огромная для государственной организации стройка, бардак в учёте превосходил масштабы “лёгкого беспокойства” у ревизора за свою судьбу увязнуть тут навсегда. Я про всё это узнала уже в процессе полного погружения.

Для начала: начфины там с некоторых пор стали меняться раз в полтора года. Я даже их хорошо запомнила по ярким высказываниям и красивым поступкам.

Первую, после выделения этой структуры из общей бухгалтерии в самостоятельное юридическое лицо, я помню даже в лицо и по фамилии! Для меня это – Эверест!

Девушку назначили стараниями одного из заместителей начальника УМВД, что давало ей некоторые индульгенции. До этого она трудилась инспектором в хозяйственной части. Так вот, принеся рулон макулатуры, исписанный какими-то цифрами, который она пыталась выдать за сводный отчёт подразделений ГАИ области, она шумно возмущалась поведению принимающей стороны, утверждая о заместителе начфина по учёту и отчётности – полковнике милиции с тридцатилетним стажем, женщине с полной семьёй (муж, дети, внуки, дом, квартира, хороший кабинет и служебный автомобиль): “Она просто завидует что я такая молодая и красивая и на такой должности”. У других сотрудников к К. таких подозрений не вкрадывалось, они при замечаниях терпеливо исправляли арифметику.

Следующая партия специалистов по учёту в ГАИ была уже не такая красивая и молодая, но тоже “козырная” и выдержала период на пару месяцев дольше.

У них в бухгалтерии кроме красивых оказались ещё и рукодельники. Например, выдав всем сотрудникам часть премии, они “откатали” на цветном принтере эти подписи и забабхали под них вторую часть выплат. Но как – то произошла нестыковка. Слухи о том, что ГАИшники не ведают счёт зарплатам в огромной степени несколько преувеличены. И вот сотрудники тормошили “за доплату” начальника, а начальник начфина, а та отчиталась: “Как же? Вот же!” Рукодельниц уволили. Как вы понимаете, в системе это является самым страшным наказанием.

Но всё это было без меня. Я завидовала молча.
Потом все три десятка районных самостоятельных бухгалтерий ГАИ решили слить в единую централизованную, и это тоже как-то пережили. Правда история утверждает, что карточки на зарплату уволенных сотрудников, те самые, которые положено хранить в архиве семьдесят пять лет, украшали собой близлежащие помойки. Но врать не будем, да- украшали, но не все, половину всё же сдали кто куда: в архив, в районную милицию, в областное ГАИ, в областное УМВД (там – централизованный архив системы, в котором хранились даже карточки зарплаты надсмотрщиков сталинских лагерей с тридцатых годов. Да, довоенные карточки о зарплате сохранились, пережив войну и оккупацию, а “перестроечные девяностых” – нет). Тут надо было находить старого сотрудника, который помнил где можно искать так чтоб найти, если их не выкинули.

Но вернёмся к моей скромной персоне, действовавшей для начала в полном тумане неведения. “Познания” начались с периферии.

В некоем подразделении в поисках беспорядков я обратилась к штрафным книжкам. Это были книжки для выписывания квитанций нарушителям, которые пожелали оплатить на месте. Там вписывалась фамилия, пункт нарушения и сумма прописью. Как говорится в одном анекдоте: “Тут мне карта так и попёрла”. Если раскрыть эти книжки штрафных квитанций, то там на всех страницах будет написано “17 грн” пешеход Иванов. То есть минималка. На всех страницах всех книжек в 99, 999% случаев.

В какой-то деревне, где и пешеходов -то и переходов нет, штрафы за “в неположенном месте” согласно “книжек” поступали.

Однажды мне попала в руки “живая” квитанция – “хлопнули” моего свояка. Я по номеру нашла кто её выдал, пришла и проверила. Скажем так: “Разницу денег между корешком и квитанцией мне вернули”. Но у меня была только одна квитанция. Не давать же объявление, чтоб приплыл кирпич на голову.
Потом поменяли вид квитанций. На них стали типографски печатать сумму, так чтоб квитанция и корешок вынужденно совпадали. Подумать только, какое зверство.

Но и это ещё не всё. Прихожу проверять в подразделение, там где сотрудникам выдают и собирают эти самые книжки штрафов, и выясняю, что деньги уже несколько месяцев не отвозили сдавать “в область” в кассу. Зато есть тетрадка, в которой расписано кто и сколько взял в долг. Такая себе касса взаимопомощи.

Всё, что я сделала согласно своей стратегии, то сказала, что приду завтра к двум.

На завтра “к двум” меня уже ждала квитанция, что вся сумма ещё вчера вечером сдана в областную кассу, и вот журнал “чики -чики”.

ГАИшники дружный, организованный народ. Когда я приехала в следующее подразделение, то мне даже не пришлось нервничать. Всё как раз ещё вчера было уже сдано, потому что когда я с вечера попросила прислать за мной машину, то они с вечера же обзвонили своих “как там будет”. Так что порядок достижим, при наличии постоянного контроля.

Представьте себе большую картонную коробку, набитую лежащими вперемешку использованными штрафными книжками. И есть ордера о принятии в кассу денег от гайцов, что они внесли собранные штрафы – без указания номеров книжек. Представьте себе не один ящик с книжками, а штук десять. А теперь проверьте соответствие.

Нужно быть сильным, чтоб вдохнув полной грудью, написать: “Выборочной проверкой расхождений не установлено”. А теперь тебе кассирша, которая всё это собирает и хранит, ещё и скажет: “Тут всё было заставлено. Прямо нечем дышать было. Мы сколько в багажник вместилось – отвезли спалили, а эти остались!”

И теперь – внимание на вопрос: “Что с чем сверять при малейшем сговоре кассира с главбухом?” Если единственная нить – зацепка это подпись главного бухгалтера на корешке приходного ордера и регистрационный номер в кривом мятом журнальчике, если его не забыли вести: “Тося, я потом сама всё допишу”.

Но это уже вершина айсберга сбора штрафов, то что вообще до кассы дошло.
И когда я читала всякие газетные разоблачухи типа “ГАИ это коллективный олигарх”, то это где-то так и было. Так что желания ревизоров туда соваться равнялось нулю. Туда надо было как раз посылать совершенно других специалистов – по организации документооборота= по постановке учёта, и не в конкретной нашей области, а в целом – в системе. Но если это никому не было надо, или перефразируем более чётко: “Не надо было никому”, то посылать туда одинокого ревизора это тоже самое, что размахивать одной мухобойкой у огромной канализационной ямы.

=Афористика из СИЗО=

Иногда сказанное слово может стать крылатым совершенно без участия автора, он даже об этом никогда и не узнает.
Однажды нас группой в три человека отправили инспектировать СИЗО (большую – пребольшую тюрьму), которая находилась прямо в нашем городе, то есть ехать никуда не надо. И всё было вполне комфортно.
Мы мирно поделили план ревизии по своим наклонностям. Парень пошёл проверять склады, подсобное хозяйство в виде свинарника, гараж, транспорт, ремонты. Остальные разделили папки и стали их спокойно листать.
Главбух там была – скала, которая провела на этой должности дольше чем я на тот момент на свете прожила, и была старинной подругой одной из наших многочисленных косвенных начальников.
Как метко заметил кто-то: “Спросите С. сколько стоит буханка хлеба – она не знает. Последние двадцать лет точно не покупала”. Я не могла поспорить, потому что в раннем детстве, то есть в конце шестидесятых, жила на одной лестничной площадке, дверь- к- двери с тогдашним начальником этого самого заведения, и спотыкалась об ящики с консервами, которые ему с грохотом беспрерывно притаскивали. Возможно, конечно, что всё это он покупал для бункера.

Мы тихо отбывали номер “Ежегодная ревизия”, медиативно шуршали бумажками.
Но главбух – женщина “старой закалки” всё равно очень переживала и, прицепилась к нам, потому что никак не могла для себя решить: “Кто у вас в группе старший?” Мы честно не знали, мы просто работали с планом, наверное он и был старшим – детальный план проверки.
Я попробовала уточнить это у нашего парня, когда он грустный вернулся из свинарника: “Уже не то, что раньше было”, но он ответил, что тоже не чувствует себя старшим, и только будет писать свои пункты. И попробовал уточнить у беспокоящейся: “С****, скажите, что конкретно Вам надо?”

Короче, пьём чай, листаем папки.
Потом узнаём от её подруги – нашей косвенной начальницы, что уже и ей она вся на нервах звонила. Нас уже стали спрашивать: “Что вы там копаете? ” Мы не копали, мы пили чай.
Однажды стоим втроём, собираемся линять пораньше. И вот подходит она к нам и, наконец, цитату в студию:
– Я не понимаю, кто у вас старший! С кем решать вопросы?!
Действительно, сколько можно мучить ветерана труда, выделите ему: “С кем решать вопросы”. Вот что значит “старая закалка” – обязательно должен быть человек, с которым “решать вопросы”, он нужен как точка психо – неврологической опоры, даже если и вопросов не задают.

Ещё я там слегка познакомилась по случаю с начальником тюрьмы. Он туда недавно перевёлся из колонии, и тоже окрасил мою речь несколькими яркими цитатами:
“Я всегда говорил, что бухгалтер это тюрьма рядом с начальником”, а когда ему угрожали что “это карается”, то отвечал: “Я уже за свою жизнь отсидел здесь и за своих родственников”.

Этот человек вскоре стал моим шефом, когда мы оба перевелись в другую структуру. Он ещё любил слушать блатную музыку, смотреть “Бандитский Петербург” (интересно же), плакал под индийские мелодрамы, совершенно этого не стесняясь (“Я плачу и слёзы льются), и был идеально заботливым дедом и отцом, обожающим накупать гостинцы.
Проехавшись до Киева и обратно в командировку “на ковёр” несколько десятков раз, мы круто переругались, скорее всего потому что я нашла куда мне свалить из того дурдома, о котором расскажу в Эпилоге. И когда я выруливала на выход , то он предложил: “Давай мириться, а то я дам тебе плохую характеристику”. Я посмотрела на него, на свой рапорт на перевод, уже завизированный в десяти местах, и он сам себе ответил: “Кто меня спрашивать будет? Тебя здесь и без меня каждая собака знает”.
Вот как важно будучи ревизором вести себя вежливо и спокойно, без суеты.Земля не имеет форму чемодана. Пусть в период ревизии тихо и мирно будут “устранены в рабочем порядке все мелкие недочёты и нарушения”.

=Режим работы – не всякий выдержит=

Как я уже рассказала работа ревизора была насколько сладкой, настолько и невыносимой. Как в анекдоте об автомобиле, которому радуешься дважды: когда покупаешь и когда продаёшь, то и тут сначала радуешься этой “тишине”, а потом убравшись оттуда, содрогаешься от мысли вернуться, чтоб опять таскаться по этим дорогам, сидеть в этих чужих кабинетах, ночевать в этих гадюшнях, “убивать” свой желудок сухомяткой “бутербродиков”, ну или как другие специалисты – по печени. Всё это безрадостно.

Кстати, сколько я работала, столько в Министерстве по слухам не могли укомплектовать штат ревизионного подразделения Центрального аппарата..
Я спрашивала: “Почему? Это же Киев!” Опытные сотрудники мне исчерпывающе разъяснили, что тут мы ездим преимущественно по радиусу сто километров и по выходным имеем технологический перерыв, чтоб приехать домой, протрезветь. У министерских ревизоров всё наоборот, они по выходным домой не ездят, потому что далеко, они по выходным нажираются до потери пульса, и это тяготит их здоровье. Так что очень тяжело подобрать желающих уезжать из дома реально на несколько недель, и так постоянно круглый год. И я перехотела мечтать подаваться в киевские ревизоры, это оказалось слишком доступно и не комфортно.
Поэтому для проведения ревизий в областях привлекают сотрудников из других областей, вызывают “для работы в группе”. Наши пацаны, например, систематически ездили что-то проверять в Крыму и были этим очень довольны.

Как же реально была построена работа у наших ревизоров, ведь вот набрали же четыре непьющих семейных женщины. Неужели всё так плохо? Ну, нет.
Понедельник – день выезда. Можно утром ехать сразу, но можно ведь и зайти на работу что-то уточнить, покопаться в документах. Например, почитать абсолютно необходимые справки, а ближе к двенадцати сказать, что уже поехала. Значит в двенадцать своим ходом “уже поехала”, тогда считаем: до вокзала, рейсовый, от рейсового… Короче, выезжаем во вторник спозаранок. Вы меня поняли?
Потом вторник- среда кормим клопов, а в четверг под вечер ловим что-то движущееся и валим домой. Утром в пятницу принимающая сторона на звонки должна отвечать: “Они на складе, на обмере ремонта, на выезде автомобилей, со старшиной в камере вещдоков, на выборочной инвентаризации, на встречной проверке…” Да где угодно не в здании. Во второй половине дня пятницы можно сказать уже и: “Они как раз к вам поехали”. Но это если позвонят, что в пятницу вечером ооочень вряд ли.
Теперь считаем холодные ночи: со вторника на среду, со среды на четверг. Вроде всё. Пережить можно.
А когда же работать? Да тогда же, со вторника на среду, со среды на четверг. А что в гостинице ломаный телевизор смотреть и есть нарезанную полукопчёную? А профессионализм? Изо дня в день годами одно и то же. Вы представляете разницу между ведомственным ревизором и пришлым, которому все формы хозяйствования попадают по очереди, который людей не знает, о типовых случаях не наслышан? Он пока в “систему” врубится, неделя пройдёт, а у ведомственного папки по диагонали “улетают”, он все нормативы не хотел, но запомнил, все инструкции в порядке их изменения помнит. Вот вам и время.

В ревизионной работе ещё прикольно на встречающую сторону смотреть. Вот приезжаешь ты куда -то и первое что у тебя тихо и как бы невзначай спрашивают: “Когда Вы обратно планируете?” Потом добавляют, что это не потому что вам не рады, а чтоб транспорт подгадать. То есть за тем чтоб вы тут тщательно режим времени соблюдали никто следить точно не будет, уж за это точно не вложат.

А как ревизоров развлекают? Ну, экскурсии по городу точно не делают. Я иногда ходила в тир пострелять, к священникам в местную церковь в гости водили. Особенно они с пожарными дружат, у них вечно “недавно что-то горело”. Могут к кому – нибудь на праздник (день рождения) отвести. Вот собственно и всё. Главная уважуха это всё же транспорт до дома и обратно.
===продолжение следует===
Опубликовано: 01/12/20, 18:10 | Последнее редактирование: Админ_Еxecutor 04/08/21, 13:53 | Просмотров: 240
Загрузка...
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Рубрики
Рассказы [1066]
Миниатюры [1046]
Обзоры [1395]
Статьи [413]
Эссе [188]
Критика [91]
Сказки [205]
Байки [53]
Сатира [50]
Фельетоны [13]
Юмористическая проза [285]
Мемуары [56]
Документальная проза [87]
Эпистолы [20]
Новеллы [73]
Подражания [10]
Афоризмы [21]
Фантастика [118]
Мистика [38]
Ужасы [8]
Эротическая проза [4]
Галиматья [259]
Повести [242]
Романы [55]
Пьесы [34]
Прозаические переводы [2]
Конкурсы [15]
Литературные игры [37]
Тренинги [3]
Завершенные конкурсы, игры и тренинги [1883]
Тесты [13]
Диспуты и опросы [98]
Анонсы и новости [104]
Объявления [96]
Литературные манифесты [251]
Проза без рубрики [434]
Проза пользователей [209]