В одной лесной сторожке, незнамо сколько лет,
Жила одна старушка и с нею шустрый дед.
Дедуся был что надо, ходил туда-сюда,
И после променада не чувствовал стыда.
Бабуле стало тошно смотреть на адюльтер.
Решила, что ей можно с дедули брать пример.
Метнулася вдогонку, в сусеках поскребла
И смуглого мальчонка в подоле принесла.
На скользкие вопросы сказала: "Се ля ви",
Оставив мужа с носом и с пасынком любви.
Ребенок был сферичен (что значит генотип!)
И в пищу непрактичен. Старик усек, что влип.
Внук в зеркало гримасил, косил на деда глаз
И думал: "Нифигасе, мой батя - Фантомас."
Тоска его схватила мозолистой рукой:
"Найду отца-дебила, узнаю, кто такой!"
Пацан не съехал с темы, хоть был еще малец,
Уладил все проблемы и двинул прямо в лес.
Его не съел ни Заяц, ни Волк и ни Медведь,
Наш круглый побегаец заставил всех балдеть.
Он был Шахерезадой, он был, как Цицерон,
Он был для них наградой - рандомный пустозвон.
В один промозглый вечер он встретился с Лисой,
И для обоих встреча вдруг стала роковой.
Она была красива небесной красотой,
С роскошной рыжей гривой; душевной и простой.
Он был так эротичен, так сказочно болтлив,
Для леса нетипичен - шикарный эксклюзив.
Они друг-друга съели вот тут же, под кустом,
И мох им был постелью, а дальше, а потом
В их доме вечерами солировал сверчок,
И ползал под ногами лохматый колобок.
