Когда сомкнутся все круги, и будет плыть по тёмным водам
не вьюн, не свадебный венок, а стебелёк полынь-травы,
мой мир окажется другим, пускай холодным, но свободным,
и ляжет пропастью порог – под ноги знаком межевым.

Я вкривь и вкось сошью судьбу, потом её перелицую,
на оборотной стороне оставив твой неясный след.
Я выдам ангелу трубу. Её коснувшись поцелуем,
он сложит песню обо мне, чтоб сохранить от всяких бед.

И, может, я возьмусь за ум, сплету венок из белых лилий,
вернусь к тебе и расхочу кривыми тропами блуждать.
А через десять полных лун, держась за ангельские крылья,
тебя поглажу по плечу, вздохнув: «А дома – благодать…»