В образиленных джунглях — стада-стада
бандерлогов, похожих на человечков.
А над ними — раскинутых рук гряда
между суетным присно и миром вечным.

Рио-Рио, заветная высота!
Каменей, пьедестал, неземным взращённый!
все — сюда, по ступеням ли, по лета́м,
те — припасть к стопам, эти — селфи щёлкнуть.

То не суть, любопытства ли бес зовёт
или демон бродяжничества от скуки
до ближайшей из недоступных звёзд,
для объятий лучисто раскрывшей руки.

— Не убий надежды, не укради!
Пуще смерти телесной боюсь подлога:
если вдруг, обнаружась в конце пути,
не найду никого, кроме бандерлогов.