Игорь Аркадьевич был уверен, что Марина Сергеевна — это чей-то изощрённый заказ. Киллер от кадрового агентства. Она не хамила, не тупила, но после пяти минут общения с ней в голове у шефа начинал транслироваться белый шум.

​Утром он влетел в офис, размахивая графиком продаж, который летел в бездну.
— Марина! Где аналитика? Почему у нас показатели как пульс у покойника?

​Марина Сергеевна, не отрываясь от монитора, выставила ладонь:
— Игорь Аркадьевич, не частите. Вы сейчас пытаетесь впихнуть в меня свою панику, а у меня там уже занято обедом. Аналитика в синей папке. Я её побрызгала святой водой.

​Шеф замер.
— Какой водой, Марина? Мы — логистическая компания.
— Обычной, из-под крана, но я в неё верила, пока брызгала. Психосоматика офисного пространства, Игорь Аркадьевич. Вы теперь откроете папку, и вам будет казаться, что цифры не такие страшные. Идите, проверьте.

​Он открыл. Цифры были те же, но от страниц пахло лавандой, и орать расхотелось. Стало просто тошно от собственной беспомощности.

​Через час он вызвал её «на ковер».
— Марина Сергеевна, вы же понимаете, что вы — профессионал? Зачем этот цирк с водой?
— Чтобы вы спросили, — кротко ответила она. — Пока вы удивляетесь, ваш кортизол падает. Я берегу бюджет компании: ваши инфаркты нам не по карману. Кстати, я переставила ваш кактус к окну. Он на вас плохо смотрел.

​— Кактус. На меня. Смотрел? — Аркадьич почувствовал, как в виске начинает тикать жилка.
— Оценивающе, — подтвердила Марина. — Он считает, что вы мало спите. И я с ним согласна. Поэтому я удалила из вашего календаря встречу с юристами на 16:00.

​Шеф медленно поднялся с кресла.
— Вы. Удалили. Встречу.
— Я перенесла её на завтра. Юрист сегодня в красном галстуке, это цвет агрессии, вы бы подрались. А завтра он обещал надеть серый. Серый — это цвет компромисса.

​Игорь Аркадьевич открыл рот, чтобы уволить её к чёртовой матери, но Марина Сергеевна вовремя протянула ему маленькую мятную конфету.
— Сосите, — сказала она. — Это помогает не произносить слова, о которых пожалеешь.

​Шеф машинально взял конфету. В кабинете повисла тишина. Он смотрел на неё, она — на него. Он понимал, что она — самый эффективный сотрудник, и именно поэтому он не может её убить.

​— Идите работать, Марина, — просипел он, катая во рту мятный шарик.
— Уже, — она кивнула. — И да, Игорь Аркадьевич, не ищите свои ключи от машины. Я их спрятала.
— Зачем?!
— На улице гололед. А вы злой. Злой водитель в гололёд — это донор органов. Я вызвала вам такси «Комфорт плюс». Водитель — буддист, он вас довезёт в тишине.

​Она вышла, мягко прикрыв дверь. Аркадьич посмотрел на пустой стол, на кактус, который теперь стоял на свету, и вдруг понял: он даже не знает, как отменить это такси.

​Он сел в кресло, уставился в стену и понял, что Марина Сергеевна — это не сотрудник. Это его персональный смирительный пиджак с функцией годового отчёта.