Хитро перед инфантом сбросив туфлю,
Облюбовала Золушка дворец.
Горошиной проверил царь-отец:
Дрожала на драже в перинах пухлых!

Принцесса! Сто пудов! Ни дать, ни взять!
Ну, пусть не сто, но верных девяносто!
И вот — фаты апрельская короста,
И принц уже не принц, а чей-то зять!

У долгих будней лень — веретено,
И, душу уколов, вздыхая тихо,
Накулившись, что бабка Бабариха,
Былая пэри пялится в окно.

Нет щастья на дворцовом этаже.
А в анфиладах — как сказать, не знаю...
Там тёща, прикативши на трамвае,
Вкушая кофе, ходит в неглиже!