Мне и дня без тебя не прожить - хоть ты крикoм кричи,
Я засохший бисквит, ты нежнейший изысканный крем.
Мне б работать пойти - гвозди гнуть и таскать кирпичи,
А я рифмы штампую, пытаясь составить айрен.

Ты своей красотой моё сердце пробила насквозь
Прикажи, и я сам добровольно пойду к тебе в плен.
Я бы многое смог, ухватил бы жар птицу за хвост,
Но мне некогда - я, как безумный, слагаю айрен.

Я - квадрат, но во мне все углы стали разом тупы,
Ты - парабола неги - от мочек ушей до колен.
Свет в туннеле зажги! Я плутаю, я сбился с тропы,
И не знаю молитв, лишь старинный армянский айрен.

Небоскреб без фундамента я - только с виду высок,
Без тебя я не ем и не пью. Ну, почти что совсем.
Едет крыша, мозги ищут выход и бьются в висок...
Я шепчу "либе дих" - по армянски - "эс кес сирум эм"

И на этом кончаю армянo-еврейский айрен.

                 
                  
                  
                  
   

На конкурс ПКП. Задание - айрены+гротеск+юмор
                 
                  
Айрены - монострофическая стихотворная форма армянской средневековой поэзии, то есть каждая строчка - законченная мысль и состоит эта строчка из 15 слогов, а сам айрен, как правило, из четырех стихов. Для айренов характерны культ чувства любви, поклонение возлюбленной.

                   Стихирному конкурсу "Народный поэт" посвящается.
                                    

Раньше я по фене ботал прозой,
А сегодня - новенькое дело,
Мало мне гастрита и склероза,
Муза вдруг на хазу залетела!
Видит - организм уже ослаблен,
Рифмой к горлу - будешь с нами третьим?
Муза - это погоняло бабье,
В корешах у ней какой-то Рейтинг.
Чую - мне кранты, но я не фраер,
На понты не разведёшь, не купишь.
Я по ейным правилам играю,
Сам держу в кармане жирный кукиш.
Мы, мол, не кончали академий,
И стишки ваять мне нет резону,
А она - по фейсу вижу - гений
И поэт, нет, классик прирожденный!
Прицепилась, как репей, шалава.
Я мозги раскинул - дело верно,
Напишу стихи и будет слава!
И не третьим буду - буду первым!
Я талант и яркий самородок
(Чтобы век мне не видать свободы!),
Написать могу о чем угодно!
Номи... номинируйте, уроды,
Дайте, дайте звание - Народный!

Парус раздувается напыщенно,
С умным видом курит трубку кэп...
Сколько песен о других написано -
Обо мне не сложен даже рэп...

Позабытый до поры, до времени,
Я качаюсь в трюме, волнам в такт,
Но в урочный час я крепче кремния
И бросаюсь первым в дым атак,

В цель - без промаха! Не надо почестей -
И без них известно, кто герой.
Ловок и проворен, будто сто чертей!
Капитан и тот идет за мной.

Хваткою железною, бульдожею
В бок врага вонзаюсь что есть сил!
Жаль немного, что не вышел рожею -
Кривоног, сутул и с виду хил.

Равнодушен к сексу и красавицам,
Нет друзей - общенья узок круг.
Черт возьми, совсем забыл представиться -
Одинокий абордажный крюк.

                 
                  
                    А иначе, зачем на земле этой вечной живу?
                  /Булат Окуджава/
          
                  
Дни летят в никуда, давят прессом года и усталость,
А ночами - кошмар, в нём скольжу по наклонному льду...
Чтоб не думать-гадать, сколько мне ещё в жизни осталось,
Я в вечерний экспресс, cловно в космос безбрежный, войду.
В дребезжащий стакан сладкий чай мне нальет проводница,
И разложит сосед на газетке домашнюю снедь.
Мы махнем по сто грамм за тоску, чтобы ей провалиться,
И чтоб с нею исчезли тревоги и мысли про смерть.
В разговорах "за жизнь" промелькнёт нe один полустанок.
Нас застанет врасплох, отрезвляющий душу, рассвет.
Что ж, ершись - не ершись, всё кончается поздно ли, рано,
Мир не так уж и плох, хоть шпаргалок с ответами нет.
Pacпрощавшись легко, я вернусь к cинуcoиде будней,
Не добавив в блокнот новой строчкой чужой телефон,
Но, считая слонов, вспоминать обязательно буду
Бормотанье колес - "Все путём, все путём, все путём..."

Семидесятые... Не так уж плохо...
Мы молоды, до глупости наивны.
Хрипел Высоцкий из открытых окон:
"Я не люблю, когда стреляют в спину!" –
И в горле ком стоял от этой песни…
Поэт натягивал судьбы поводья,
Он по-другому не умел, хоть тресни,
Предчувствовал... нет, знал – по краю ходит.
И не было еще Афганистана,
Союз был мощным, дружба – нерушимой,
А Родина была почти что мамой...
"Я не люблю..." – и мы ровняли спину.
Мы становились выше, благородней,
Пытались уважать себя и прочих,
И то, что мы свободнее сегодня,
Заслуга и его надрывных строчек.
Всё изменилось в веке двадцать первом...
Но из открытых настежь окон сына
Несётся в будущее хриплым нервом:
"Я не люблю, когда стреляют в спину!"

            
            
            
Мне снился свет...
            
Распахнутая дверь,
влекущая к истокам и ответам,
простуженно скрипела - "Верь/Проверь".
Блестело лаком дерево паркета
и отражалось сполохом огня
в глазах у кошки с именем Багира.
Побег гардин в окошко, на сквозняк...
Среди травы желтеющим пунктиром
дорожка (из песка ли? кирпича?)
в страну, где исполняются причуды,
где с высоты отцовского плеча
не страшен мир...
             А худшее - простуда,
когда из дома я не выхожу,
пью с молоком противный гоголь-моголь.
Где жёлтым расцветает абажур
и лето длится бесконечно долго.
                 
Мне снилось детство...
                 
                 
                 

Картина Юлии Лучкиной

                 
                  
                  
                  
                          Какие блин смешные человечки
                           Нина Искренко                  
                  
                  
                  
Какие, блин, смешные человечки...
Их держит притяжение земли,
столб атмосферный давит им на плечи,
нелёгок быт, но молят... о любви.
Такой, чтоб, под собой не чуя тверди,
Без строп зависнуть в затяжном прыжке.
И крышу с тормозов спустить - пусть едет
на все четыре...
          Чтоб рука в руке,
единым ритмом сердца перебои,
вселенная в зрачках любимых глаз.

Опять на небосвод глазеют двое,
Смешные и нелепые до боли.
А Б-г на них...
                  И, может быть, воздаст.
                  
                  
                  
                  
                  
                  

Картина Марка Шагала «День рождения»

Упорхну непоседливой бабочкой
Из конторы, где всё мне наскучило,
А на стуле, серьезною дамочкой
С умным видом, останется чучело.
Ну, а я улечу, невесомая,
В госудaрство, под флaгом "фантaзия",
Или в страны, по книжкам знакомые,
Где покa не бывaла ни разу я.
Покружусь над лесною поляною
С дружелюбными принцами-эльфами,
И, от собственной смелости пьяная,
Приземлюсь на конструкцию Эйфеля.
Но и там задержусь ненадолго я -
(День рабочий у нас не резиновый)
Погрущу на утесе над Волгою
(Я была в прошлой жизни княгинею),
Ошалев от жары и завидуя
Всем пингвинам, живущим на полюсе,
В гости к ним загляну, в Антарктиду я.
А уколы проснувшейся совести
Задавлю на корню беззастенчиво,
Как каток, что рoвняет обочину...

Вдруг начальство пришло. Видит - женщина
Чертежами всерьёз озабочена.

На свалке городской, безмолвный и ненужный,
Как айсберг над водой, рояль старинный - в луже ...
Стучал осенний дождь по крышке и педалям,
По клавишам хлестaл. Но клавиши молчали...
А дождь играл "крещендо", выстукивал "стаккато"
Раскатом громовым, усилив многократно
Плебейства торжество. Сверкали вспышки молний,
Как память о былом... О чем, рояль, ты вспомнил?
Задумался о ком? Задира, ветер склочный
Пронизывал насквозь и душу рвал на клочья.
А дождь все лил и лил. В молчании рояля
Был вызов... Ветер бил по ребрам, завывая.
Рояль был весь раскрыт и струны в нем дрожали...*
Он пел, беззвучно пел о смерти и печали...

Рояль был весь раскрыт и струны в нем дрожали - строка Афанасия Фета.

Подражание Р.Рождественскому..

Родилась в глухом лесу
            елка,
Хороша была собой
            кроха.
Серый заяц от любви
            ойкал,
Сжав клыки, свирепый волк
            oхал.
Но раздался вдруг в лесу
            грохот,
Прикатил на БМВ
            некто,
Объяснил, что жить в глуши
            плохо,
Перспективы указал
            вектор.
Развлечений посулил
            разных
И умчались по снегам
            вместе.
Обернулась мишура
            грязью...
Лишь осталась на века
            песня.

Решила написать немного о погоде. Жара - земля и я скучаем без дождя.
Мне плохо без тебя… Delete.
На завтра, вроде, нам ливней затяжных прогноз наобещал.
А ты не обещал, да я и не просила – у всех свои дела, отлажен жизни быт.
С тобою - хоть в огонь... О Боже, дай мне силы, дай воздуха глоток! Delete, Delete, Delete.
Пусть буря, пусть воды обрушатся потоки, отмоют синеву от ржавчины песка.
Сумбурное письмо, слова не лезут в строки.
Люблю. Delete.
                  Пиши... пожалуйста...
                                                   Пока.

Не хочу никаких развлечений,
Подождут и друзья, и дела.
Я в заложники собственной лени
Добровольно себя отдала.
Пусть горят чьи-то избы и планы,
Муж исходит голодной слюной,
Я не встану с дивана, не встану,
Мне положен, раз в год, выходной!
Недовольные дети бунтуют,
Дескать, крышу сорвало и кран.
Их претензии мне по феншую -
Обживаю уютный диван.
И не надо названивать маме.
Внуки с голоду вилки грызут?
Ну иду я, иду!
На диване
Я лежала пятнадцать минут...