Там, где молодость, сладко верится в то, чем старость уже бедна... Обниму ветряную мельницу и заплачу - проста она, не найти в круговертном образе никаких великаньих черт, мир лишился волшебной области даже в тёмной игре ночей... Было, дружбой с хмельными зельями я приманивал чудеса: лезла нечисть ко мне подземная, внеземной прилетал десант... Исключительно Божьей милостью я всех граней не пересёк, ну а мельница не раскрылась мне - будка с бантиком, да и всё... Подведи ж молодого-раннего - тут же выкрикнет: "Великан!", побледнев, как смертельно раненый, на смех курам и старикам. Отчуждён я от этой радости, нераскаянный донкихот... Там, где старость, уже не ладится то, что молодость признаёт.
ой. мне безумно понравилось ваше стихотворение. простое, лаконичное, но в нём столько мудрости.
наверное, это как открывать горячо любимую в детстве книгу, уже будучи взрослым. томительное ощущение волшебства исчезает, как стирается пыльца с крыльев мотылька.
не любому ясна поветь*
чтоб раскрылись таинства мельницы,
нужно Санчо с собой иметь.
*поветь - (повет, поветье, поветка, повить) — нежилая пристройка к деревенскому дому
к тайнам мельниц - не тот герой.
Санчо Панса когда и молод был,
не увидел их ни в одной
Нужно было так немного:
Санчо Панса - это призма,
А Идальго - это Око!
наверное, это как открывать горячо любимую в детстве книгу, уже будучи взрослым. томительное ощущение волшебства исчезает, как стирается пыльца с крыльев мотылька.