Мосты не могут встать,
им только лёжа
нести предначертание судьбы:
стократ менять асфальтовую кожу,
растить на ней фонарные столбы,
ловить автомобильные потоки
в объятия чугунных балюстрад,
пунктиры фар укладывая в строки
цитируемых городом баллад,
терпеть пяту железную трамваев
и многоосный натиск тягачей,
то под холодным ветром остывая,
то плавясь в домне солнечных лучей,
давно не различать ни дня, ни ночи
в кипящей лаве улиц городских
и россыпью фонарных многоточий
итожить список чаяний чужих.

Но мнится мне –
однажды всё же встанут
во весь свой рост
над городом мосты,
соперничая с хоботами кранов
в стремлении коснуться высоты,
и зашагают длинной вереницей,
упрямо выбираясь на простор,
чтоб окропить прохладною водицей
сухую кожу каменных опор,
чтоб погрузить их прямо по колени
в речную торопливую волну
и до утра ловить ночные тени,
и пить, не отрываясь, тишину.