Войска зимы, уверенно теснят
всех ряженных в парадные аллеи.
И оттепель, как десять негритят,
ломает шею.
Здесь пьяный люд восторженно орёт,
следя за петушиными боями,
там Гелендваген режет поворот
двумя боками.
В земное, перевёрнутым зрачком,
впивается небесная обскура.
И покоряясь, падает ничком
архитектура.
И лишь аптека, улица, фонарь
сползают набок медленно и грузно.
Циклонами младенческий январь
надкусан, как початок кукурузный.
А снег, что взялся в тучах костенеть,
мои ладони лижет виновато.
И чью-то тень рисует на стене
огонь лампады.
И век- на век уже не враг- на враг.
Ведь с нами Бог - Языцы разумейте!
Звезду встречают озеро, большак,
богач, бедняк и маленькие дети.
И в крестный ход пустившись,
лишь на миг,
все на Него становятся похожи.
Вот слева от меня седой старик
лепечет еле слышно: " Здравствуй, Боже!"