Наука, сделав много проб,
Ничтожно мало знает.
И микроскоп, и телескоп
Бездушный мир терзают.
И микромир, и макромир,
Мультивселенных стадо.
Но жив пока ещё Кумир -
Людских очей отрада.

Анаэробные полки,
Едва достигнув суши,
Мечтали вряд-ли о таких -
В себе познавших душу.
Они стремились, от души
Поесть, себя размножив.
Им было нечего вершить,
И некого ничтожить.

Ответ на всё был очень прост -
Голодный, или сытый.
И отрастив пушистый хвост
И твёрдые копыта,
Примерив крылья и клыки,
И щупальца, и жвалы,
Они не жаждали руки,
Да и души, пожалуй.

Шёл не спеша, за веком век,
Сливаясь томно в эры.
Вдруг появился человек -
Забавная химера.
Кому приснился страшный сон
И обернулся явью -
Сумняшеся поведал он
Про участь обезьянью.

А, Он поведал нам о том,
Как без стыда и страха,
Слепил, на ужас всем, фантом,
Практически из праха.
Вдохнул в него частицу сил,
Благословив на веру,
И душу в тело положил,
Забыв привить манеры.

И стала сразу всем видна,
Его недоработка.
Хихикал злобно Сатана,
Уже представив чётко,
Как отыграется шутя,
На каждом индивиде,
За свой позор безбожно мстя,
Да в самом лучшем виде.

Пришёл на валтасаров пир
Нагим, беспечный хомо.
И наливал ему Кумир
Вина, из недр Содома.
Давал широкий выбор блюд,
Под танец Саломеи.
И тонко искушал Иуд,
И Каиаф лелеял.

Придя невольно в этот свет ,
Уходит огорчённым,
Душой скорбя, пророк, поэт,
Философ и учёный.
Последний, часто морща лоб,
В себе прозренье тушит,
Чтоб микроскоп и телескоп
Не разглядели душу.

И век за веком, не спеша,
Покров срывают с тайн.
Но как невидимой, душа
Пришла в наш мир печальный,
Так остаётся до сих пор
Фантомом и химерой,
В телах, в которых ум остёр;
Отсутствуют манеры.