Мне не забыть ту про́клятую ночь,
В такую ночь нет проку от отваги.
Казалось, даже бог не мог помочь
В живых остаться в этой передряге.

Я бога нёс, как друга, на плечах,
Я думал, что вдвоём мы точно сдюжим,
Мне чудилось, он что-то отвечал,
В тяжёлый час он был, как воздух, нужен.

И в этот час, приблизившись к беде,
Мой друг упал и канул в неизвестность.
Он из неё в глаза мои глядел,
А вместе с ним в меня гляделась бездна.

Я друга нёс, как бога, на плечах…
Великих проклинал, и тех, и этих.
Я к богу обращался – выручай,
Но он другому, видимо, ответил.

Мой друг меня на жизнь опередил,
Остаться молодым – уже немало.
Но не унять, не вынуть из груди
Ту боль, что навсегда туда попала.

Я что-то говорил его жене,
Как крест принявшей выцветшие будни…
Ей трудно ненавидеть, но сложней
Любить меня за то, что я не умер.