У меня какая-то странная одержимость.
Всюду кролик мерещится белый –
зовёт, торопится.
Я ему говорю: дружок, покажи, покажи мне
мир, в котором другие, живые жизни,
вне законов постного да лицемерного
общества.

И чем дальше, тем чудесатее, тем чеширней:
свет зелёных туманов,
луна – как яйцо драконихи.
В нереальности можно быть феей,
принцессой, джинном
или быть настоящей, взбалмошной, неукротимой,
даже розовым слоником.

Там не скажет тебе никто,
что ты ненормальна,
там нормальность – понятие хлипкое, растяжимое.
Шляпник, может быть, даже на свете
всех-всех реальнее,
потому что он верит в дружбу нетеатральную,
потому что он против рамок
и злой режимности.

Очень важно, когда ты можешь в любое время,
словно в детстве, и к Соне, и Зайцу прийти
с печеньями,
поболтать на серьезные иль пустяковые темы.
Это вовсе не страх и сбегание от проблемы –
откровение.

Ныне мир сумасшедший
спустился с полотен Босха,
вавилонскую башню возводит – мол, сам с усами я.
Так бывает частенько:
реальность нам лжёт,
и жёстко,
убегаешь в волшебную сказку, иную плоскость.
…Вдруг однажды они поменяются полюсами?

------
Беспредел, спецтур.
Одержимость.