В овечьей шубке мороз-волчара
умял, как водится, ноя бри.
Дрожа всем телом, луна ворчала:
«Эх-ма, ворона, меня бери!»

Звезда окрестного караоке,
представив сцену и звон монист,
в берет с пайетками на дороге
вцепилась словно в портфель министр.

Вот так бывает и нам – «поэткам»
чужое слово сожмёт гортань,
взовьётся сердце-снегирь и с ветки
нырнёт в замёрзшую Потудань.

И ты вдогонку за эскападой
«Люблю» орёшь за чертой небес,
ведь тот-единый, за нас распятый,
дал каждой голос, судьбу и крест.

07.12.2016