Год потерь, постоянные тризны...
Возвратясь о полночной поре,
в дом входил неприкаянный призрак,
выжигая следы на ковре.

Погружался из мертвенной стужи
в запах жизни, душистый уют.
Вся война оставалась снаружи,
где часы похоронные бьют.

На диван заклубившись бессильно,
будто тающий дым сигарет,
он смотрел черно-белые фильмы
или слушал эстрадный квартет,

был опять как бы вместе со всеми,
а не просто слезой в небесах.
Растворяло прошедшее время
пелену на прозрачных глазах.

Он дрожал огоньком непокорным,
в толще мглы выгрызая пробой, -
бестелесный расплывчатый контур
вновь пытался наполнить собой...