Эта ночь-без-луны — квинтэссенция всех ночей.

Потеряешься в складках пространства.
Никто.
Ничей.

Тонкий запах жасмина и влажный тяжёлый дух
прелых листьев,
в ноздрях поселяясь,
зовут,
ведут —
будто дымка дурмана —
под кровлю столетних крон.

Там, в неверном мерцании света семи костров
издалёка видны силуэты среди теней
да напевы свирели чуть слышатся в тишине.

Устоишь, не погубишь безвременье скверной слов —
вдруг легчайшими перьями призрачное крыло
невесомо коснётся обветренной кожи щёк.
Ляжет небо на плечи расшитым до пят плащом.
И, ведомый в пути дерзко выпущенной стрелой,
мост минуя, доверчиво ступишь на Авалон.

Ветви яблонь качнутся, уронят к ногам плоды —
золотые проекции чёрных портальных дыр,
их, не ведая страха, коснёшься едва-едва.

Междумирье сплетая в ажурные кружева,
лик Селены,
вуалью укрытый до часа икс,
прошивает насквозь миллионом острейших игл,
оставляет грустить на обочине вещих снов.

Будто важное что-то нечаянно сожжено,
и на кончике памяти спутанной…
где-то там…
ожидает прожорливо темнота.