Марсианка моя приоткрыла окно:
небо крестят и чертят на ромбы стрижи,
расцветает закат, будто разрешено,
воздух встал, загустел, хоть на дольки кроши.

Небо крестят и чертят на ромбы стрижи.
Марсианке лучистые косы плету,
Подвизался улыбку её сторожить,
комаров полусонных ловить на лету.

Расцветает закат, будто разрешено
разжигать, обнимаясь, любви разговор
и цедить этих губ марсианских вино…
Но внутри у неё – словно сломан мотор.

Воздух встал, загустел, хоть на дольки кроши.
Из души ускользает предательский бред:
– Без тебя невозможно, конечно, прожить,
но тебе заказал я до Марса билет…