Закапал вечер густой смолой
худым кустарникам на ключицы...
Припомнишь старое - глаз долой,
а что-то новое не случится.
Поплачусь: доля моя тяжка -
потёртым будням свинья-копилка.
Давно скелетов не видел шкаф,
на дальней полке пылится пылкость.
Стучит в артериях скучный пульс
заевшей клавишей глокеншпиля.
Ни стрел амурных, ни шалых пуль...
А где-то Шуры усердно пилят,
а где-то Кисы опять в бегах
и в женеманжевом пасисжуре,
под кем-то искренне ржёт Пегас,
над кем-то со смеху дохнут куры,
но это - дальше, чем ловит слух,
и даже дальше, чем ходят слухи...
И что осталось, любезный друг?
Решать - не быть или быть под мухой.