В сугробах дача. Кружится над ней,
С голодным криком коростелей стая,
Да память зябко календарь листает,
Уснувших под снегами летних дней.

Под злое завыванье сквозняков,
Под хлопанье незатворённых ставней
Я вспоминаю дождь поры недавней
И лужи в белой пене облаков.

Вминая в снег вороньих лап кресты,
Я глажу ветви похудевшей вишни –
Без нас с тобою кто-то третий лишний
Пил хмель её девичьей красоты.

В углу двора обледеневший сруб.
Скрипит колодец голосом простывшим.
Тут под его гостеприимной крышей
Мы целовались до вишнёвых губ.

Но осень появилась из дождей –
В туманах заблудившаяся гостья.
Рассыпала рябиновые гроздья,
В полёгшей после бури лебеде.

А снежная красавица пурга,
На стылых клумбах упоённо нежась,
Скрывает всю осеннюю несвежесть
И белым заметает берега

И мягкие ладони лопухов,
Что пожелтели, в сентябре подсохнув,
И почерневший в октябре подсолнух,
И рощ когда-то изумрудный кров.

Из дачного жилища января,
Где спрятались под снегом осень с летом,
Я ухожу припорошённым следом,
Дощатую калитку притворя.