В грозу металась ива, собирая в расставленные ивовые сети летящий сор - от позднего трамвая до первых петухов. Вороньи дети таращили глазенки - было страшно: гнездо болталось яблоком печеным. Многоподъездно и многоэтажно гроза росла и ширилась. Волчонок, зализывая бок, в сырых потемках укачивал дитя - нашлась потеря. Металась ива - в молниях-тесемках, вдыхая ливень. Облачные перья - на выдохе: протяжном, предрассветном. В запутанных ветвях - черна, проворна, не следуя поверью - поздним летом птенцов считала мокрая ворона.
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Все комментарии:
Замечательное пейзажное стихотворение, и, как всегда у тебя, далеко не только пейзажное.
Наивность
На иве сижу я с трамвайчиком рядом И глажу себе воронят. Ворона ко мне повернулася задом, И думает: «Кто виноват?» Она ведь философ, чудесная птица, Задумчиво смотрит на мир, Дождя не боится, меня не боится, Хотя я дракон и вампир. На иве сидят и другие гражданки, Помимо вороны моей - Они консервируют медленно в банке Смесь сливы и желудей. На иве и ливень уселся с ногами, Болтает ногами и льет, Ему здесь уютней, чем ссору с богами Устраивать за небосвод. Я деток вороны по перышкам глажу На иве и тихо пою. И детской наивности манную кашу На пальчике среднем даю.
Наивность
На иве сижу я с трамвайчиком рядом
И глажу себе воронят.
Ворона ко мне повернулася задом,
И думает: «Кто виноват?»
Она ведь философ, чудесная птица,
Задумчиво смотрит на мир,
Дождя не боится, меня не боится,
Хотя я дракон и вампир.
На иве сидят и другие гражданки,
Помимо вороны моей -
Они консервируют медленно в банке
Смесь сливы и желудей.
На иве и ливень уселся с ногами,
Болтает ногами и льет,
Ему здесь уютней, чем ссору с богами
Устраивать за небосвод.
Я деток вороны по перышкам глажу
На иве и тихо пою.
И детской наивности манную кашу
На пальчике среднем даю.