Над нами опять чередой журавлиной
Прошита прозрачно-холодная осень.
Лесная опушка склонилась рябиной
К дороге, где бродят медведи да лоси.

К дороге ненужной, дороге забытой,
Зовущей тревожно вокруг оглядеться,
Ведущей неезженной снулой орбитой
В далёкое прошлое, в давнее детство.

Куда же, куда же летите? На юг вы?
Печально, отверженно, бесповоротно –
Над сыростью луга, гирляндами клюквы,
Горящими в снах мохового болота.

Вернётесь ли снова к медовой морошке,
К блестящим на солнце бокам земляники,
К туманной чернике, к малине в лукошке,
К кустам ежевичным, чьи поросли дики?

А может быть, в топях далёкого юга
Последними ягоды будут иные,
Неведомый плод для годичного круга
В сурово-холодных широтах России?

Назавтра, наутро, под небом высоким
Низинами полосы инея лягут.
Крепки ваши крылья, напитаны соком
В бору, на болотах алеющих ягод.

Прощание ваше, поди, объясни-ка,
Над прежним мирком, где отыграны роли
Осыпанной градом бордовой брусники,
Опавшей в единую ночь гоноболи.

Здесь только костром негасимым калины
Над первым снежком, октябрём занесённым,
Горит ваше прошлое неопалимо
Мгновением кратким по вечным законам.