В эту последнюю тысячу весен мы часто молчали о ерунде,
ждали, что неким чудесным образом что-то прииде или гряде,
но равнодушное ровное время не вздыбливалось нигде,
молча бросая под скачущий нож недели.
Впрочем, поскольку никто из нас более не юннат,
сыт я по горло собой и экспериментами с под и над,
ныне и присно в любой стране и системе координат
тело и разум ничто пополам не делит.
Просто вливается скука в неверие, словно в пустой сосуд,
просто засохшую яблоню даже для развлечения не трясут,
просто меня бы признал невменяемым всякий суд,
даже людской. И поэтому... Что ли, ядом
выжгло мне лобную долю до самого дальнего мозжечка,
я стал спокойней любого соломенного бычка,
я, проиграв этот бой не нокаутом, по очкам,
падаю неразорвавшимся снарядом
в чью-то не мне постеленную постель,
где не собрать ни остатков совести, ни костей,
в век интернета, мобильных, космических скоростей,
но на лице не дернется даже атом.
Взглядом и сердцем никак не вычислить широты,
волны беснуются и заливают планшир, а ты
медлишь, прекрасно зная, что все, передоз, кранты...
...Знаешь, купи астролябию,
чтобы найти по координатам.