...Мрамора столько, что ты цепенеешь вдруг,
рядом с японцами, в центре одной из пьяцц,
думая о миллионах голов и рук,
строивших этот город в дожди, в жару,
в войны и эпидемии... Ты, паяц,
не отесавший и камня за столько лет,
не завершивший даже простой чертеж,
и не сжимавший в складках плаща стилет,
просто явился, просто купил билет.
Просто стоишь и смотришь. Чего-то ждешь.
Ангела? Озарения? Ночи? Дня?
Это не город, это прорыв плотин,
пляска святого Неронового огня,
жаркие бедра кудрявых шальных латин,
перерожденные в мрамор и травертин...
Смерть победима. Истлели века назад
кости, но здесь фонтаны полны монет,
музыка льется, заката лучи скользят,
гладят скульптурный и каменно-крепкий зад,
кто-то читает Тассо... И смерти нет.