Скажи, ноябрь, моя ли в том вина,
что небо сеет снег на город тёмный,
что набережных мрачных имена
созвучны псевдонимам рек сплетённых?

Зачем я здесь осипшим зимним псом
на Красный мост над Мойкой снова вою?
Зачем вода под дремлющим мостом
не хочет быть ни мёртвой, ни живою?

И слышу я в ответ: «Затем, что здесь
твой город, ты – единство без зазора,
всё слито в вас, весь свет и сумрак весь,
всё нужное для славы и позора.

И оттого - твоя, твоя вина
во всём, что было здесь, и дальше будет.
И в том, что Мойка в зиму влюблена,
И в том, что небо снегом крыши студит.

Но не грусти – я только лишь ноябрь,
нас дюжина, и наш порядок прочен:
за мной декабрь, январь, нескоро я
опять вернусь сюда к тебе и прочим.

На мост не вой, без горя не тужи –
беги Невой до моря, зимний Жиль».