Ночь. Опрокинуты мосты
над отражениями зданий.
Фонарный свет как лёд застыл,
и всё грядущим прошлым станет.
Река полна живой воды -
ошеломлённая, немая.
И бережно стеклянный дым
за плечи Лору обнимает.
И сонный птичий часослов
в предутреннем сутулом храме
волхвов встречает как послов
из стран, где истина не ранит.
Волхвы пришли издалека,
но в темноте ошиблись дверью.
Младенец вырос, и река
теперь во смерть его не верит.