Пудель носит ошейник так, словно учёный сан,
до морды подстрижен ( точь-в-точь академик он).
Столь горд, красив, хозяйку терпит (блошиный десант
терзает пушистый хвост и резвится на темени)
и всë ничего бы, да нынче хозяйка, что мел,
бледна, синевата, худа лишь чуть-чуть и сломается.
Собакен врос в землю, как памятничный постамент:
миг, шлëпнулся набок и, заднекогтистыми пальцами,
вычëсывает из рыжей чëлки проклятых блох,
взлаивает, радуясь суду над кровососущими.
А рядом высокаблучный барбиподобный бог
слетает с верховной орбиты (ей хочется супчика),
метёт с лотков сосиски, пирожные жадно ест.
Поясняя, с позиций сексопатолога, слабости
блохастый лает ( в нашу больную вселится бес,
он жуёт и не сводит глаз с прохожих мужских ягодиц).