Был срок отсидки укорочен,
А на заводы не берут.
Лишь в экспедицию рабочим...
И вот Серега тут как тут.

Когда вошел, мы выпивали.
Так, слегонца, не наповал.
И спели, как всегда, в финале,
А он молчал, не подпевал.

«Три года срок тянул в остроге,
С репертуаром не знаком...»
Но оказался наш Серега
Тому Сереге земляком.

Горланил он в своей Рязани,
Залив литруху за кадык,
Про то, как жертвы обрезанья
Лишили русский кран воды.

С такими надо осторожно
Себя вести. И мы вели.
Потом решили, что надежный:
Душа за Родину болит.

И стал Серега нашим братом.
Когда пиров пришла пора,
Он после пятой «Перекаты»
Погромче нас, бухих, орал.

Что с ним теперь? Ответ не сложен:
Похоже, спился человек.
А, может быть, он помнит тоже
И повторяет: «Снег, снег, снег...»