Ты подкинул мне розовые очки:
"Не вздыхай и не мучайся, развлекись!"
Из манжета вытащил, как факир,
длинноухого кроху-зайца.
Я пустилась в путь, чтобы ноги шли —
до конца дорог, до конца земли,
и пылал закат, как осенний лист,
но взмолился ты: "Возвращайся!"

Сбила ноги в кровь, и в душе — тоска,
и уже не приводит в восторг закат.
Сколько б я ни кричала — лукум-рахат! —
а во рту маета и горечь.
И теперь я лелею одну мечту —
взять билет на какой-то (неважно!) ТУ
и подросшего зайца в рукав вернуть,
и к тебе возвратиться в полночь.