Двор умывается  и сохнет на ветру,
Он чувствует себя столичным фатом,
Стучит вода по стенкам звонких труб,
Взрывается, сверкая, у асфальта,
Спешит ручьём на еле слышный зов
Оборванных зимой больных историй
И льдинками скользит за горизонт -
В холодное проснувшееся море.
Последний снег, измазан и зернист,
В углы забившись, прячется от света,
А я теку с водой куда-то вниз
И больно таю, не дождавшись лета...