В балаганчике фанерном главный ангел - Коломбина,
главный цезарь - Пульчинелло, Арлекино - главный суд.
Здесь за нити тянут нервно, коль со всеми не едино
куклы глупые наивно чушь прекрасную несут.

В балаганчике фанерном представление полдневно,
а кто скажет, что полночно - к экзекутору влекут.
Кормят паинек меренгой, если те идут шеренгой,
а шагнувшим влево-вправо подставляют ножку тут.

В балаганчике фанерном нас разложат по картонкам,
упакуют всех, как только пыльный занавес падёт.
И Неаполь, и Палермо на холстинах ветхих, тонких
скрутят бережно до срока повелители забот.

В балаганчике фанерном ты да я - всего лишь зритель,
потребитель плоских шуток и надутых па-де-де.
Люди, сданные в аренду повелителям наитий,
вовлечённые в систему неизвестно кем и где.

В балаганчике фанерном шум скрипучих шестерёнок,
здесь не скажет слова правды для Пиноккио сверчок.
На шестке сидим манерном, голос наш и юн, и звонок!
А достал хозяин плётку - как обычно, все молчок!