" Изобразил, о, как — изобразил!" —
Прокаркали с поддельным восхищеньем
И, гогоча во сто вороньих сил,
Клевали с камня вкусное печенье.

Дрожа крылами, скорлупу яйца
Сдирали жадно сизым птичьим клювом.
Хвалили бедолагу-храбреца —
мол, за мазню, ему бы в морду плюнуть.

Но гаркнул старый ворон: "Прекратить!
Мне дела нет до вашего хотенья.
Знать, тёмный ангел жив в его груди,
На жизнь и смерть не требует патента.".

А что в итоге если в том — нужда?
Ваял умело, делая приметной
Паскуду-смерть, привык ей угождать.
В грехе искал натуру для проектов:

...Ноябрьской ночью заорал звонок
Так, словно бы — подвыпивший оратор.
"Вас слушает салон услуг "Манок",
Алë-алë", — воркует оператор.

Был волосат художник, худ и пьян,
Икрой с руки кормил двух голых женщин.
Наш весельчак имел один изъян:
Надгробия он делал для умерших.