Мне показалось: позади эпоха пьянства,
беспутство, вожделение упитых шлюх.
Я думал: развернусь лицом к судьбе, пошлю
уродов "на хер", заживу в седом убранстве
классического тонкого интеллигентства,
потягивая крепкий кофе не из блюдца.
И в зеркала я отражением ублюдка
не буду, веря, что наследственные гены
мне не дадут упасть позорно харей в лужу,
пуская в воду покаянно пузыри
наполненные криком: "Боженька, узри!"
Короче, чёрная полоска станет уже,
чем белая, что с золотою серединой
смешается... Протяжно свиристит губа,
но щурит глазки проституткою судьба,
в душе, не возродившись, сдохнул чёрный инок.
Башка раскалывается, вчера обмыли
последний пьяный день, как я и намечал.
Нет тела, голова на острие меча
висит, потуги интеллекта тонут в иле.
О, кей, мечтать не вредно. Бедное здоровье,
в сердцах обматерив, закрыло громко дверь.
Ушло, один. Я как забытый всеми зверь
реву в ночи: "Любви мне, зрелищ, водки, крови!"