Мой пакт с Землёй давно уже не в силе.
А я – живу. И буду жить ещё,
как каторжник-беглец, от репрессивной
судьбы скрываясь в темени трущоб –

оврагов бытия, из коих виден
мне каждый шаг, что в спешке на Земле
я сделала, – в угоду ли обиде,
во власти ль гнева, иль навеселе...

Шагов тех – злых, безумных, неуместных,
бесповоротных, страшных – целый рой!
А нынче я, стреноженная бегством, –
их вижу глупой, пагубной игрой.

Мне лишь теперь, не поймана покуда,
во тьме трущобной видится вполне:
какое добродетельное чудо –
Земля... с любовью Неба в глубине!

И думается: как же не хватало
моим шагам и света, и тепла,
и времени... которого так мало
судьба отсрочкой странною дала,

чтоб результат, наверно, изменить мне
закономерный (мог ли быть иной?):
с Землёй почти разорванные нити –
мои и тех, кто спешно шёл за мной...

И хочется – до слёз! – вернуться в детство,
где ног, в игру шагающих, босых –
грядущим озабоченные бегством,
касались травы, голосом росы

шепча: «Дитя, с Землёй не вечны пакты.
Но не спеши! По жизни – не беги!
И Небеса почувствуешь в ногах ты,
Свершающих лишь мудрые шаги...»

~~~