Когда вечерняя столица,
Томясь в окраинах безбрежных,
В туманной дымке расслоится
На старожилов и приезжих,
И бомж уснёт на узкой лавке
У незакрытого киоска,
И крыса от автозаправки
Метнётся под киоски плоско,
И в подгулявший в ночь троллейбус
Войдут какие-то цыгане,
В довесок к куреву доверясь
Развязной песне, мутной брани,
И будут, будто на пилоне,
Плясать у поручня девицы,
Хотя в пустом салонном лоне —
Кому такому удивиться,
Как только позднему поэту,
Скопцу, молчальнику со стажем? —
Он путешествует по веку
Со старомодным саквояжем,
Он пишет ангельски и львино
На зябком краешке листочка:
"Москва, люблю тебя, как сына,
Что не рождён, когда ты дочка."