Купол небес проблесково-синий, рвется морозом к тебе и мне,
Мы угнездились в глухой России, где-то на материальном дне.
Мы притерпелись к разбитым окнам, серости пыльной немых витрин.
Пусть от соседей всё время мокнет грязными пятнами ковролин –

Мы к ним не ходим – не любим мата и не транжирим пустых угроз,
Наша одежда всегда измята, цветом махровым цветёт невроз.
Прошлое тенью роится бледной, в будущем – тихий тоскливый мрак.
Вроде, я где-то играл в Nintendo, но не уверен, что это так.

Видимо были (не помню точно, но ведь должны быть) отец и мать,
Кажется, было светло и прочно – весело жить и легко дышать –
Крепли мечты, вызревая в планы, страсти в душе пробивали брешь,
Мы, впопыхах позабыв о главном, с ходу влетели куда-то меж.

Там и застряли – ни до, ни после, в душных тревогах теряя сон,
Мы заблудились средь пары сосен, канули/сгинули в унисон.
Где? Доискаться не хватит силы – может, ты знаешь, но вот молчишь.
Отзвук видений давно остыл и уши забила тугая тишь.

Бытность втихую кроша на части, множим реальности, как грибы,
Наше семейное псевдосчастье прочно засело в частице "бы".
Мы бы сбежали куда подальше, бросив к чертям беспросветный быт...
"Мы бы" звенит неприкрытой фальшью, вечной занозой в душе сидит.

Прячем глаза, закрываем уши, глушим тревоги пустой попсой...

Мы непременно... Когда-то... Лучше...
Завтра... Во вторник.. К восьми ноль-ноль...

ИЛИ

Ты - отуплённая жизнью клуша,
Я - беспробудно бухой герой...