Слишком много выплакано слёз,
Горькой солью выжжены глазницы.
Не увижу радуг или звёзд,
Не замечу молний, дальних гроз…
Чёрный небосвод качают птицы.

Вот и я, как птица на ветру –
Серая, воскресшая из пепла.
Крыльев след на небе не сотру…
И глаза, погасшие к утру,
Выцветут, как будто я ослепла.

Слепота – не кара, не порок.
Может, сердцем главное увижу?
…Но в груди – дрожащий уголёк.
Был огонь безжалостный высок,
Охватил пожар и дверь, и крышу.

Нечему болеть, да вот болит –
Даже горстки пепла не осталось…
Я пока жива. Душа молчит.
Изучает клавишу «делит».
Хочет обнулиться, бьёт на жалость.

Кто я? Ропот мыслей? Выплеск чувств?
Кукла из подтаявшего воска?
Разум держит в рамках, как Прокруст,
Горизонт невысказанно-пуст,
Сны полны фантазиями Босха.

Вот мерцанье пуговичных глаз –
С ними жизнь как будто ярче стала.
Тряпочное сердце напоказ
И душа-страница без прикрас…
Я себя кроила без лекала.

Кукольный, безвольный силуэт,
Пляшущий уродец на картине.
У марионетки воли нет,
Пуговки глядят на белый свет…
Жизнь и смерть. А я посередине.