…И на часах без четверти рассвет,
сверкают зеркала автосалонов.
Я проникаю в городское лоно,
у тьмы в ладони скомканный проспект
томится между линиями сна,
ума и сердца. Здесь под желтоватым
туманом, город сдавшимся солдатом
поднял забрало и впустил меня.
Московский мост — мой маленький Париж,
напоминает Эйфелеву башню
мне с детских лет, он был во сне вчерашнем…
И левый берег спит, но ты не спишь…
В рифленом небе облака-гофре
сливаются с днепровской сизой гладью,
река пришита, как фестоны к платью,
к уснувшим небесам, и мне б смотреть…
Но клонит в сон, и под ногой педаль
акселератора нещадно тяжелеет,
по метру просыпаются аллеи,
росой умыт заплатанный асфальт…
Двойной эспрессо, как холодный душ —
заметнее дорожная разметка.
Трамваи разлетаются по веткам,
собрав своих кондукторов-крикуш.
Глаза смыкает сгорбленный фонарь
над парочкой зевак у светофора.
Любимый город проникает в поры,
на горизонте серость смыла хна.
Неоны солнцу отдали ключи
до вечера, от центра до окраин,
и ночь до новой жизни умирает.
Брусчатка под колёсами ворчит…
И, погружаясь в тёмный мир метро,
теряясь между спин и остановок,
проходит жизнь в столице, завтра снова —
всё то же, что вчера. Круговорот…
Жужжит мобильный, как пчела… А тут
на переходе прошмыгнула кошка,
и зебра остается на подошвах
угрюмых пешеходов…
— Пять минут.
Парковка… Шаг на твердь, она плывёт,
и я теряюсь в мыслях и пространстве,
горячим стал холодный воздух… “Здравствуй…”
Мой неотступник, “мой” который год…