В ночь под ветром сырым
вы внезапно проснулись,
низко тучи летят
над провалами улиц,
и опять раздается в ночи
этот крик первобытный –
воплощенная боль,
инквизиция, пытки…

И на цинковой крыше,
опасно покатой,
там, где ржавые листья
на дне желобов вымокают,
о, как воют они –
испугать иль разжалобить силясь? –
воют, уши прижав, -
не стерпеть голосов этих сиплых.

Ах, во что мы ввязались? -
не рады и сами,
скаля пасти,
почти что смешавшись усами,
бьют хвостами -
никто из них первым не хочет
свою нежную морду швырнуть
под клыки и под когти.

Им сидеть бы в тепле,
не казать бы им носу из дому, -
беспощадна весна,
это нерв самой жизни затронут,
это воет земля,
пролетая в крутящихся тучах,
первобытной тоскою,
весенней тоскою измучась.