Качала осень голые кварталы,
грудным младенцем в призрачных руках,
и фонарей игрушечных овалы
беспомощно болтались на крюках.

Я шёл домой с работы одиноко,
в попутчиках — звук собственных шагов,
и тот, по трубам ржавых водостоков,
на крыши убегая, был таков.

Вошёл в тепло подъезда. Снял перчатки,
при тусклом свете лампы закурил —
и облако на лестничной площадке
схватилось с неподвижностью перил.

Открыл ключом замок надёжной двери —
надёжной, но ведущей в никуда,
когда ещё есть путь, но нету веры,
и в темноте разделся, как всегда.

Горячим чаем напоил усталость,
и пялился в холодное окно,
которое когда-то уменьшалось
с годами детства — было ли оно?

И не спеша, под мерное движенье
по циферблату стрелки часовой,
вселенную в оконном отраженьи
смешал с айфоном, Бахом и собой.