Неба чёрное дно.
Страшная предрассветная птица
стучится в окно;
настойчиво, нагло стучится, –
требует выдать тебя:

жемчужные звёзды
жгут перекрёстным огнём
по всем перекрёсткам,
в молоко, в десятку ли, –
как получится.

Птице рассветной нужен не я,
а попутчица.

Собирайся в дорогу, Малыш,
кто-то вбивает кол
между тобой и Богом,
в самое дышло …
и во веки веков…

Буду ли я скучать?
Возможно … наверно…
сделаю фото на память,
выбью тату на венах,
свечку поставлю в роще,

а хочешь – соберу корзину
свежих боровиков
и
отправлю к тебе… во веки веков…

Ты не будешь скучать?
Великолепно!
Вызову на дом врача
и буду смотреть в небо,
пока не ослепну.

А где буду я – туда
очень просто добраться:
течёт живая вода,
гроза
с напряжением двести двадцать,

и брошенки-души
капризно
гоняются за
небесным фуникулёром.

Отныне и присно,
Малыш,
et in saecula saeculorum… .