Улетаешь, мой ангел? Останься! Куда летишь,
задевая подбитым крылом черепицу крыш?
И совсем не заботясь, что будет с тобой потом,
забираешь ты только свой старый мольберт с холстом,
акварель, нашу музыку, летний рассвет, кота
(осторожно - смотри, переноска не заперта,
кот расстроен, напуган, он может легко сбежать).
Не забудь леопардовый плед и стихов тетрадь!

Я тебя отпускаю... Слова, будто крупный град,
"виноват" злым рефреном в моей голове стучат,
канонадой гремят, не дают мне никак уснуть,
я курю и стараюсь отвлечься хоть как-нибудь.
Но, чтоб боль успокоить, не хватит мне сигарет,
не поможет коньяк позабыть, что тебя здесь нет.
...Дождь холодный пошёл, застучал о сухой карниз.

Выбегаю в подъезд, по привычке зову: "кис-кис",
перевесившись через ехидный оскал перил.
Неужели (я помню, что дверцу закрыть забыл)…
Кот вернулся! Я верить и ждать до конца готов:
прилетишь ты - не могут жить ангелы без котов!

"Открытая дверца", Solstralen

Квартирный вопрос (пародия)

Улетаешь, мой ангел? Лети! Не забудь с собой
захватить контрабас и рояль, барабан с трубой.
Налегке уходя, прихвати три мольберта, холст,
монумент Афродиты, которым заставлен холл,
крокодила в джакузи, (мне кажется, он нетрезв)
он расстроенный, мокрый от слёз - у бедняги стресс.
Осторожнее с ним - он может сбежать легко.
Не забудь, дорогая, и центнер своих стихов.

Я тебя отпускаю... но мной управляет шок,
что теперь есть шкафы у меня, а не вещмешок,
что по дому могу я ходить не ползком - бочком.
Пустота без тебя - не отпраздновать коньяком!

Слышу лап перестук по ступеням, кричу - кис-кис!
Выбегаю в подъезд и с тревогой таращусь вниз.
Перегнувшись, встречаю зубастый оскал перил -
улыбается мне плотоядно твой крокодил.

Он вернулся ко мне, значит скоро и твой черёд -
каждый ангел себе крокодила всегда найдет!
И, от ужаса вздрогнув, я вижу вдали уже
семитрейлер, вздыхающий тяжко на вираже.