Жил да был молодой великан.
Как-то раз он полез на вулкан.
Там чаи он себе согревал,
Что-то жарил, пейзаж оживлял.
И сейчас, на «замор» червячка,
Птеродактиля взял табака,
Сковородку и камешек-груз,
Блюдо плющить, настраивать вкус.
Две жаровни уже насмотрел,
Самовар великанский согрел.
Повалил сковородошный дым
Кулинарским порядком густым.
Да пошло что-то, видно, не так,
Птеродактиль был драться мастак,
Не хотел он быть чьей-то едой,
А хотел, чтобы шло чередой,
Не спешило бы птерожитьё
Так свернуть продолженье своё.
Встрепенулся он бешено вдруг,
Возбудил великаний испуг,
Изо всех своих сил возопил
И верзилу за нос укусил.
А зубов-то у ящера – тьма!
Здоровяк даже съехал с ума
Ненадолго, добро побросал,
Убежал и в чащобе рыдал…
А крылан, что со страху лишь смел,
Горделиво домой полетел.
А за скарбом вернулся потом
Наш укушенный, правда, с трудом.
А на камень не бросил и взгляд,
Словно тот был во всём виноват.
Позабыл навсегда великан
Все пути на коварный вулкан.