"Когда в Чите по милостивому манифесту с нас снимали цепи, я и некоторые из моих товарищей, дав солдату на водку, утаили наши цепи, и они-то послужили мне первым материалом для колец... »
Михаил Бестужев.



Рассыпает рояль чёрно-белые звуки по залу.
Время старой болонкой уютно свернулось у ног.
А давно ли оно волчьим воем нам души терзало
В пересыльных острогах на долгом пути на восток?

Мы привыкли уже в память, будто в купель, окунаться.
Много лет пред глазами всё та же картина встаёт:
Мы в парадном строю, под огнём в самом центре Сенатской,
А над нами витает расстрелянный призрак свобод.

То, что было потом, серебром седины не оценишь.
Стали глубже морщины, чем раны от вражьей руки.
Молодым офицерам надели железные цепи,
А вернулись обратно видавшие жизнь старики.

На запястьях и в сердце зажили кандальные шрамы,
И помог позабыть подземелья семейный альков,
Только верные жёны на пальчиках носят упрямо,
Как святые реликвии, кольца из наших оков.