На дальнем берегу моей реки
рыжеют на закате сосняки.
А ясным днём, безветренным, тугим,
в котором каждый шорох различим,
я слышу рынду: медным языком
она болтает с медным сосняком.

Пока храпит у пристани баржа,
пока стрекозы в заводи жужжат,
она гудит про то, что корабли
без сосен раньше вовсе не могли.
Мол, вы сейчас, как глупый василёк,
смешите даже муху в солнцепёк.
А прежде – даа… да-дааа…

Гудит вода.
А я брожу по отмели одна
и слышу, как вздыхают сосняки
на дальнем берегу моей реки…