Дремал у моря берег каменистый,
Стремительно летели облака.
Рыбацкая бревенчатая пристань,
Скучая по уплывшим челнокам,
Ловила набегавшие барашки.
Горячий вечер робко угасал.
Вдоль берега, в поношенной фуражке,
Прищурив помутневшие глаза,
Ходил старик, смолённый жгучим солнцем,
Вкусивший яд солёно-горьких бед.
«Навек пришвартовался старый лоцман», –
Негромко повторял он сам себе.
Вздыхало море, ветер дул уныло,
Стелился за утёсами туман.
Мальчишки шли за лоцманом, дразнили:
«Держи по ветру уши, капитан!»
«Твой якорь прицепился крепко к суше!»
«Лохмотьями свисают паруса!»
А лоцман улыбался. И ракушки
Дарил неугомонным сорванцам,
И вдаль смотрел, где быстро и бесшумно
Затягивались дымкой небеса.
На гребнях волн раскачивалась шхуна,
Погибшая пятнадцать лет назад.