Скрой меня от людского взгляда своей спиной,
чтоб никто не увидел слезЫ и руки дрожащей,
как я рыбьим ртом задыхаюсь в тебе, как плачу
оттого, что совсем не умею не быть с тобой.
В шумном зале под свет софитов чужих очей,
обжигающих до шипения швы на платье,
вряд ли я обрету науку не звучать в тебе
потому, что совсем не умею не быть твоей.
Меж разбитыми витражами поет сквозняк,
иногда попадая в печальные ноты скрипки,
я сквозь слезы уже не скрываю своей улыбки
оттого, что совсем не могу без тебя никак…
А придворные дамы, держащие веера,
желчь глотают, и каждая прячет жару над грудью
от стреляющей мысли - как ловко могу скользнуть я
под рубаху рукою в каком-то углу веранд…
А вельможи во фраках подтачивать языки
не устали от раненых некогда самолюбий,
под хрустальными люстрами яд распускают люди,
что невмочь мне уже не касаться твоей руки.
Колокольня моя возвышается с ходом дней,
я могу быть и слабой, и сильной, и злой, и храброй,
но когда засыпают под музыку канделябры,
становлюсь я мягче перин и трепетных флейт нежней…
Я еще научусь и падать красиво, и танцевать,
и меняться будут местами друзья и судьи,
но сегодня хочу на руках на твоих уснуть я,
Потому, что давно без тебя разучилась спать…

июль 2016