Понимаешь, всё уже было -
это небо, эта вода...
Мама раму до блеска мыла,
и стекло - до скрипа. Всегда.
Но срывался внезапный дождик,
принесённый ветром с Невы -
рваным ветром, таким похожим
на тебя...

В кутерьме листвы
обнажались не кроны - струнки
юных ясеней, нежных лип.
И стекали по стёклам струйки,
и листок на окошко лип.

Всё насмарку! Хватала мама
снова тряпку и тёрла дом,
забывая тебя упрямо,
продолжая себя - трудом.

А за окнами шли куда-то
продолжения прочих мам -
балерины, врачи, солдаты,
на работу, в атаку, в храм...
Ты бы тоже ходил со всеми -
не в строю, так равняя шаг,
только ветер - твой брат осенний
всё продолжил совсем не так
и унёс тебя...

Всё - бывало.
И стареющая листва
вслед за первым морозным шквалом
улетала на Покрова.