Близится время старой, как мир, игры.
Лес поднебесный землю щенком сосет.
Сумрак рассвета льется для шестерых.
Шалая рядом. Шалая знает все.

Утро сдувает млечный туман с реки.
У водопоя не шелохнется лист.
Призрак беззвучен, замер и ждет других.
Только крылатый посвисты сыплет вниз.

Тень затаилась в шепчущих камышах.
Белый крадется вдоль ивняка к воде.
Сладко в подбрюшье страхом зашлась душа…
Быстрый выходит пробовать новый день.

Важно ступает, гордо несет рога.
Уши прядают – вечно настороже.
Если почует – сразу умчит в луга,
Там бесполезно, там не догнать уже.

Только под ветром скрыты места засад,
Даже Ночная выучила урок.
К водной стремнине манит сойти коса…
Издали слышен первый его глоток.

Сполох движенья… Поздно спастись прыжком.
Пепел и Лютый раньше ушли в бросок.
Все навалились – вот и осел мешком
Он, содрогаясь, там, на речной песок.

В кровь налипает от бодяка пушок.
Сытое брюхо – первая из побед.
Только скорее – может прийти большой.
С ним не поспоришь. Все заберет себе.

Призрак и Пепел тихо ворчат нутром,
Голову чутко приподнимает Тень.
Всякое бродит возле звериных троп.
Шалая воет – в чащу зовет детей.